Добрый день. Садитесь, пожалуйста. У нас сегодня последняя лекция нашего курса. Три месяца прошли совершенно незаметно. Хотя первая лекция была очень давно. Сразу обращаюсь с традиционной просьбой сесть поплотнее. Я думаю, что народ еще будет подходить. Сегодняшняя лекция будет посвящена механизмам работы мозга, в частности тем молекулам, с помощью которых передаются сигналы в нервной системе — медиаторам. Я рассеивал информацию о медиаторах практически по всем лекциям курса. Сегодня хотел бы собрать все вместе, потому что это действительно важный аспект, который касается уже не просто феноменологии (есть потребность, она в таких-то случаях усиливается, а в таких-то — ослабевает), а это уже касается механизмов — тонких процессов, которые случаются в мозге. Если мы понимаем, какие молекулы работают, мы можем уже сами управлять этими потребностями, хотя бы до некоторой степени. Например, мы можем корректировать что-то в случае патологии. Любая потребность запросто может превращаться в какой-то патологический вариант. Если она слишком слабо выражена, то это плохо, а если слишком сильно, то это еще хуже. Это называется манией. Поэтому рычаги подобного рода крайне важны. Они возникают тогда, когда мы понимаем, как работают нервные центры, в частности центры различных потребностей. Сегодня мы довольно много будем говорить о всяческих механизмах, еще раз целиком посмотрим на мозг.

Источник: https://youtu.be/VYHYFO8d5go

Вы видите картинку, которая еще по первой лекции вам должна быть знакома. Мы с нее начинали, когда я пытался не испугать вас сложностью мозга и показывал основные его отделы. На этой картинке весь мозг разделен на три зоны: стволовые структуры, мозжечок и большие полушария. Потом оказалось, что в стволовых структурах есть и продолговатый мозг, и мост, и средний мозг, и таламус с гипоталамусом — много всего интересного. А внутри больших полушарий прячутся еще базальные ганглии. Многие из названных структур связаны с теми или иными биологическими потребностями. Наш мозг так устроен, что чем сложнее и тоньше биологическая потребность, тем более спереди располагаются эти зоны в мозге. Мозг эволюционирует вперед и в стороны. Апгрейд нервной системы происходит вот так. Эволюция идет именно как апгрейд — не выкидывается старое и ставится новое оборудование, а к старому добавляется что-то новое. Поэтому наш мозг — это не компьютер последней модели, а IBM 286, который 15 раз апгрейдили, и уже никто не помнит, что там внутри. Работает — это главное.

Источник: https://youtu.be/VYHYFO8d5go

Говоря о потребностях, я вспоминал две структуры — гипоталамус и миндалину. Давайте еще раз на них посмотрим, проникнемся их важностью. Гипоталамус — это нижняя часть промежуточного мозга. Она находится в самом центре нашего головного мозга. Вот покрупнее изображены ядра гипоталамуса, вот тут они закрыты овалами, каждый из которых относится к двум центрам. Мы вправе связать с гипоталамусом всего 6 больших центров потребностей. В средней зоне находятся центры голода и жажды, в передней — полового и родительского поведения, в задней — страха и агрессии, пассивно и активно-оборонительного поведения. Рассказывая обо всем этом, я постоянно упоминал миндалину. Миндалина работает в паре с гипоталамусом, где-то корректирует его, а где-то и управляет им. Миндалина находится в глубине височной доли. Это структура, которая относится к базальным ганглиям, к большим полушариям, но не к коре, а к тому серому веществу, которое спрятано внутрь больших полушарий. Это эволюционно более новая структура. Большие полушария гораздо моложе, чем промежуточный мозг. Поэтому с миндальной связаны такие биологические потребности, которые в гипоталамусе вообще особо не прослеживаются. В основном это различные зоосоциальные программы, такие как стремление доминировать или территориальное поведение. Часть зеркальных нейронов идентифицируется в миндалине. Здесь вылавливаются и более тонкие биологические потребности, но при этом миндалина контролирует оборонительное поведение. В случае реакции страха и реакции агрессии гипоталамус работает под ее управлением.

Источник: https://youtu.be/VYHYFO8d5go

Если копнуть чуть глубже, то мы окажемся уже не на уровне нервных структур, а на уровне нейросетей. Когда я рассказывал о работе мозга, я периодически доходил до отдельных нейронов. Надеюсь, у вас уже сложилось устойчивое и стабильное представление о их деятельности. По нейронам сигналы передаются в виде электрических импульсов, мы не очень можем повлиять на этот процесс. А между нейронами сигналы передаются химическим путем за счет выделения веществ — медиаторов. На это нежное место мы можем воздействовать. Передача сигнала происходит на конце аксона, а принимающей частью является дендритили тело следующей клетки. Передача сигнала происходит в специальных структурах — синапсах. Тут помечено 7 синапсов. Есть масса способов активировать или ослабить работу синапсов. Этот принцип распространяется на все стороны деятельности мозга. Сенсорная информация, двигательные команды, управление внутренними органами, память — все это реализуется таким способом. В каждом нервном центре какие-то медиаторы передают потоки сигналов. Это же касается центров потребностей и их влияния на весь остальной мозг. Точно так же центры потребностей, выделяя те или иные химические вещества, пытаются управлять работой нашего мозга, а также конкурируют друг с другом. Область потребностей — настолько специфическая сторона деятельности мозга, что именно с потребностями связаны порой такие медиаторы, которые больше нигде не работают. И это прекрасно. Если бы все потоки информации обслуживали 1-2 медиатора, то было очень сложно специфически повлиять на это: мы бы вводили вещество, похожее на медиатор, а оно давало бы кучу побочных эффектов. Это плохо. Это часто бывает, когда мы говорим о сенсорных системах. Почти вся сенсорика сделана на глутамате — на выделении глутаминовой кислоты. Крайне сложно повлиять отдельно на слух, зрение, кожную чувствительность. С потребностями, к счастью, попроще. Существует букет медиаторов, которые связаны не совсем прямо с разными потребностями, но все-таки разделение функций есть. Это хорошо. Рассказывая о разных потребностях, я доходил до уровня медиаторов. Звучали слова «дофамин», «норадреналин», «серотонин». Подводя итог, я еще раз про эти медиаторные системы сегодня скажу. Все эти медиатора работают в конструкциях, которые называются синапсы. Надеюсь, что в итоге нашего трехмесячного общения вы более или менее уже осознаете, как работают данные конструкции, счет которых в нашем мозге идет на триллионы. У нас порядка 100 млрд нейронов, но при этом каждый в среднем образует 5-10 тыс. синапсов. Общая цифра получается огромной. Это очень важная штука, потому что именно синапс является структурной единицей нашего мозга. Не нейрон, а именно синапс. Чем больше синапсов, тем умнее мозг, сложнее информационные процессы.

Источник: https://youtu.be/VYHYFO8d5go

Как работает синапс? По мембране прибегает электрический импульс. Дальше он запускает выделение медиатора из окончания аксона. Медиатор, быстренько проскочив через синаптическую щель (узкое межклеточное пространство), воздействует на специальные чувствительные белки — белки-рецепторы. Если это воздействие достаточно сильное, то уже на следующей клетке возникнет импульс и побежит дальше. Потребность все-таки повлияет на кору больших полушарий, на поведение. В общем смысле какой-то бит информации будет дальше передаваться. Даже такая упрощенная схема показывает, как мы можем без особых проблем повлиять на работу синапса. Мы можем вводить химические вещества, похожие на медиатор, или вещества, мешающие работать медиатору. Мы можем повлиять на количество белков-рецепторов, на их свойства. Есть еще целый ряд механизмов, которые позволяют подобраться к синапсу и заставить конкретные синапсы работать сильнее или слабее — ослабить или усилить потребность, ослабить или усилить ту или иную эмоцию. Именно поэтому синапсы, медиаторы являются основной мишенью психофармакологии. Это важнейшая часть не только медицины, но и вообще человеческой культуры. Всю историю нашей цивилизации сопровождают попытки повлиять на работу мозга.

Более того есть примеры ещё более экзотических воздействий химических соединений на поведение насекомых, но они уже используются не царицами и царями сообществ, а, скажем, паразитами. То есть для насекомых, для членистоногих показано существование, например, паразитических червей, которые выделяют химические вещества, управляющие поведением, ну, скажем муравья. И днём этот муравей работает на благо семьи, но под вечер вот этот червячок, который внизу нарисован, выделяет такое соединение, что муравей забывает вернуться в муравейник, залезает на травинку и застывает на её вершине. Зачем? А должна прийти корова и его съесть вместе с этой травинкой и тогда червячок попадёт в желудок, в кишечник коровы и начнётся следующая стадия его развития. Вот подобного рода зомбирование химическое – это, конечно, потрясающая штука.

Источник: https://youtu.be/VYHYFO8d5go

В одной из лекций у нас возникала обобщающая схема, которая встраивает центры потребностей в общее поле работы мозга. Зачем нужны потребности? Как их деятельность отражается на других психических нервных процессах? Центр каждой потребности здесь и сейчас, в данный момент времени, характеризуется каким-то уровнем активности. Есть хочется с определенной силой, чувство безопасности удовлетворено до определенной степени, гомеостатические потребности, любопытство, либидо сейчас находятся в определенных состояниях. Существует некое меню. Активность центра каждой потребности зависит от большого ряда факторов. Некоторые из них активируют потребность, а какие-то ее ослабляют. Если центр потребности достаточно ярок, у него есть шанс порулить поведением. В какой-то момент мозг (лобная кора) решит, что сейчас пищевая потребность или потребность в безопасности, или любопытство, являются самыми главными. Давай, управляй, запускай поведенческие программы. Это будет означать, что сигнал из центра потребностей, пройдя через кору больших полушарий и подхватив двигательную память, запустит какое-то реальное поведение. На следующем шаге случится самое главное — результат поведения. Мы что-то сделали, чтобы удовлетворить потребность. В зависимости от успеха или неудачи будет диаметрально противоположный результат. Если мы что-то сделали и удовлетворили потребность (бегали-бегали и поели, активно искали еду, что-то совершали), пошли сигналы через вкусовую систему, желудок стал наполняться, эти сигналы начинают тормозить потребность. Ослабление потребности на субъективном уровне воспринимается, как положительные эмоции. Положительные эмоции — это само по себе хорошо: мы радуемся жизни, здесь и сейчас жизнь удалась.

Но с точки зрения глобальных принципов работы нервной системы, самое важное в положительных эмоциях — то, что они создают фон для формирования памяти. На фоне положительных эмоций кора больших полушарий запоминает те поведенческие программы, которые привели к успеху. Если она уже помнила эти программы, они становятся для нее более значимыми. Рейтинг этих программ, вероятность их дальнейшего выбора, повышается. Если поведение не привело к успеху, желудок так и остался пустым, на язык ничего вкусненького не попало, то потребность будет продолжать нарастать. Это будет субъективно восприниматься, как негативные эмоции. На фоне негативных эмоций те программы, которые оказались неудачными, будут подтормаживаться. Их рейтинг будет падать. В дальнейшем они будут выбираться с меньшей вероятностью.

В этой схеме в не очень явном виде отображена конкуренция двух групп информационных сущностей, которые присутствуют в нашем мозге. Первая группа — это потребности. Оборонительное поведение конкурирует с исследовательским, с половым, с пищевым, с подражательным и так далее. Второй уровень конкуренции — это когда потребность уже выбрана, и конкурируют программы, которые эту потребность могут удовлетворить. Каждая программа стремится порулить нашим поведением и заслужить дополнительные баллы, если получится. Чем больше ее рейтинг, тем больше она будет присутствовать в наших нейросетях в активной форме. Это ее жизненная цель. Данная схема связывает потребности, эмоции, обучение и позволяет зациклить нервные процессы, показать, что наше поведение — это практически непрерывный континуум, который длится, длится и длится. Когда мы удовлетворяем одну потребность, тут же возникает вторая; удовлетворяем вторую — уже третья подступает. Это позволяет нам интересно и позитивно существовать в этом мире, хотя бы не скучать. Центры разных потребностей — это разные медиаторы. Эти медиаторы завязаны на генерацию положительных эмоций и отрицательных эмоций. Значение эмоций, как подкрепляющего фактора, на фоне которого идет обучение, который информирует мозг об успехе деятельности, оценивает успех деятельности, широко обсуждается и в физиологической литературе, и в психологической, и в философской.

Источник: https://youtu.be/VYHYFO8d5go

П.В.Симонов (на классификацию потребностей которого я все время ссылался, ссылаюсь и буду ссылаться) писал о подкрепляющей и оценочной функции эмоций. Как физиолог, он выделял 6 базовых эмоций: радость, горе, страх, гнев, удивление и отвращение. Часть из них завязана на глобальный успех деятельности. Что-то завязано на уже конкретные потребности: страх мы оценим, как пассивно-оборонительную реакцию, гнев — как активно-оборонительную, удивление — как исследовательскую. В качестве примера психологической классификации могу привести классификацию Роберта Плутчика. В ней 8 базовых эмоций с градациями внутри каждой, есть еще промежуточные эмоции. Очень красивый цветочек получается. Геометрические фигуры подобного рода всегда очень убедительно выглядят. Исчезает ощущение, что автор это просто придумал. Пирамида Маслоувыглядит устойчивее и убедительнее, чем кубик. Хотя если ее разбирать, то Маслоу поместил потребности достаточно произвольно на разные уровни. Если брать базовые эмоции по Плутчику, то они практически совпадают с классификацией П.В.Симонова. Удивление и изумление, ярость и гнев — очень похожие вещи. Все это завязано на конкретные медиаторы, на положительный или отрицательный биологический результат. Это подкрепление физиологии — что удалось организму сделать: получить положительное подкрепление, связанное с положительными эмоциями, или отрицательное подкрепление, связанное с негативными эмоциями, с опасностью.

Источник: https://youtu.be/VYHYFO8d5go

Какие медиаторы работают на генерацию эмоции, вплотную завязанные с центрами разных потребностей? Еще раз озвучиваю их список: дофамин, норадреналин, опиоидные пептиды, серотонин, ацетилхолин, кое-какие другие вещества, которые проскакивали по ходу нашего курса. Этот список касался положительных эмоций. Их выделение завязано с удовлетворением потребностей. Но есть медиаторы, связанные с отрицательными эмоциями: эндозепины, нейропептид TPI. В современный нейрофизиологии и физиологии ситуация такова, что медиаторы, связанные с отрицательными эмоциями, изучаются довольно мало. В основном изучаются медиаторы, связанные с положительными эмоциями. Это в свою очередь коррелирует с практическими задачами — задачами наркологии. Если создать вещество, похожее на любой медиатор, вызывающий положительные эмоции, которое проходило бы гематоэнцефалический барьер, которое не разрушали бы ферменты, то мы получим наркотик. Наркотик — вещество, которое будет вызывать положительные эмоции, эйфорию — очень сильные положительные эмоции буквально на пустом месте. Вы получите довольно страшную штуку, которая будет позволять мозгу получать положительные эмоции, не совершая реальной деятельности. Наркотик — это черный вход в центры положительных эмоций, в центры потребностей. Он плох тем, что вместо реализации реального поведения, вместо реальной жизни вдруг оказывается, что достаточно съесть таблетку или уколоться чем-то, и наступает эйфория. Зачем тогда все остальное поведение? Слишком велик пресс наркотиков на современное общество, чтобы всем этим серьезно не заниматься. Поэтому в основном изучают медиаторы, связанные с положительными эмоциями. Медиаторы, связанные с отрицательными эмоциями, ждут своего часа, потому что никакой наркоман не принимает эндозепины, чтобы ощутить себя совершенно отвратительно, с депрессией и болью по всему телу. Редкие любители на такое горазды.

Если детальнее начинать анализировать ситуацию с медиаторами потребностей и положительных эмоций, то мы увидим, что имеется тенденция раскладывания их на группы, завязанные с разными биологическими потребностями. Я все это озвучивал по ходу курса, но сегодня я подвожу итог всему, что прожито. Что мы можем вспомнить? Норадреналин — это медиатор, связанный со стрессом, с потенциальной опасностью. Те положительные эмоции, которые он вызывает, связаны с преодолением этой опасности, чувством победы, азарта. Это епархия именно норадреналина. Дофамин очень явно себя проявляет там, где удовлетворение потребности связано с движением. Если по ходу активного шевеления руками и ногами (бега, достижения какой-то цели, каких-то активных действий) вы удовлетворяете потребность, то за это будет отвечать дофаминовый эмоциональный компонент. Этим дофамин отличается от опиоидных пептидов. Опиоидные пептиды связаны с ситуацией, когда после удовлетворения потребностей наблюдается некое поведенческое затихание. Я это говорил, но повторюсь. Как можно отличить эти ситуации? Если после удовлетворения потребности вам хочется бежать по улице и кричать, что вам хорошо, то это дофамин. А если вы лежите в углу и думаете, как хорошо, то это опиоиды. Этим отличается действие наркотиков, связанных с дофамином и с опиоидными пептидами. Кроме эйфории, кокаин и амфетамины еще дают стимуляционный эффект — усиливаются движения, мыслительная активность. Эффект морфина и героина закукливающий: теплый кокон, мир, в котором вы плаваете несколько часов, все остальное не имеет значения.

Есть и другие медиаторы положительных эмоций. Например, ацетилхолин. Он у нас почти не появлялся по ходу нашего курса. Связан он с ощущением физиологического комфорта, программами лени, экономии сил, гомеостатического баланса — ощущения равновесия, комфорта. Наркотики, похоже на ацетилхолин или на анандамид (каннабиноиды), называют рекреационными наркотиками, вызывающими чувство отдыха, равновесия. Все они выделяются тогда, когда удовлетворяется потребность. Они создают психическое состояние, воспринимаемое нами, как положительные эмоции. На их фоне идет запоминание тех или иных поведенческих программ. Обучение наркомана, который вдруг понял, что в дозе заключается все счастье, идет с колоссальной скоростью. В этом случае мы говорим о патологическом обучении. Вытеснить эти навыки из мозга потом крайне сложно.

Если обратиться к нервным структурам и посмотреть, как это все сконфигурировано, то все-таки центральная роль дофамина бросается в глаза. Несмотря на то, что самой сильной эйфорией является опиоидная эйфория, морфиновая, больше всего нервных контуров, синапсов, идет именно через дофамин. Поэтому в первом приближении этот медиатор можно считать самым главным фактором положительных эмоций, положительного подкрепления. В мозге выделяются четкие зоны с высокой концентрацией дофаминовых нейронов. Их аксоны идут в целый ряд ключевых областей, моделируя процессы обучения и формирования состояния положительных эмоций, положительного подкрепления. Ключевые зоны с дофаминовыми нейронами — это ядра среднего мозга, черная субстанция, вентральная покрышка среднего мозга. Я не раз показывал эти структуры по ходу лекций, сегодня еще покажу. Каждый из этих центров может самостоятельно влиять на кору больших полушарий и управлять процессами обучения. Это эволюционно более древний вариант. Эволюционно более новый вариант связан с тем, что каждая из этих систем дополнительно воздействует на дофаминовую, и дофаминовая система работает, как усилитель — еще больше усиливает давление на кору больших полушарий, усиливает процессы обучения и формирования памяти.

Источник: https://youtu.be/VYHYFO8d5go

В мозге высокоразвитых животных, птиц, млекопитающих, ключевой структурой, которая опосредует тотальные подкрепляющие дофаминовые сигналы, является nucleus accumbens — прилежащее ядро прозрачной перегородки. Так же как миндалина, он относится к базальным ганглиям. Nucleus accumbens не принадлежит ни к какой из биологических потребностей. Он является тотальным коллекторам информации об успехе, ключевым центром генерации положительных эмоций и ключевым центром, который обеспечивает повышение рейтинга успешных поведенческих программ. Прилежащее ядро находится примерно в этой зоне. Это базальные ганглии, находящиеся в глубине большого полушария. Прозрачная перегородка — небольшая пленочка, которая между полушариями существует, в самой глубине. Прилежащее ядро находится здесь. Это небольшая структура, но и не такая маленькая. Рядом для сравнения расположена миндалина. Анатомически с прилежащим ядром взаимодействует и черная субстанция, и голубое пятно, связанное с выделением норадреналина. Сигналы из прилежащего ядра уходят в кору больших полушарий и создают состояние, способствующее запоминанию успешных поведенческих программ. Делается это не очень просто — через таламус, через его аксоны. До тонкой анатомии мы не будем сегодня добираться. Эти проекции существуют, они очень активно изучаются. Nucleus accumbens — это ключевой центр и позитивных эмоций, и формирования наркотической зависимости. Пути любой наркотической зависимости лежат через прилежащее ядро.

В качестве примера показана система с биологическими потребностями. Есть пищевая потребность, она очень активна. Кора больших полушарий под ее давлением запустила программу поиска еды. Поесть удалось. Возникают стимулы, которые приводят к падению потребности — желудок наполняется. Это и воздействует на прилежащее ядро. Принятие пищи — не мгновенный процесс. Поэтому говорят, что нужно есть медленнее, жевать 50 раз один и тот же кусок, чтобы дать возможность этой системе как следует заработать. Если вы все проглотили за 2 секунды, то вы лишаете себя очень многих положительных эмоций: мозг остается в недоумении. Если уж попали в какую-то приятную ситуацию, не торопитесь. Идут сигналы на прилежащее ядро. Прилежащее ядро передает в кору больших полушарий информацию о том, что те, кто работали, молодцы: дополнительные 5 баллов Гриффиндору за то, что все хорошо, а Слизерин сейчас отдыхает.

Источник: https://youtu.be/VYHYFO8d5go

Очень важны дофаминовые влияния, которые через вентральную покрышку задают тонус прилежащему ядру. В зависимости от того, насколько активна покрышка, один и тот же сигнал может восприниматься, как слабая положительная эмоция или сильная положительная эмоция. Это тонус эмоций. Если мало дофамина, то жизнь вообще достаточно слабо радует, а это уже дорога к депрессии. От каждого из центров есть древние пути, напрямую идущие в кору больших полушарий. Все начинается со стрелочки, которая последней появляется. У рыб, рептилий вся эта система обучения, подкрепления работает без nucleus accumbens. Но дальше оказывается важным ввести дополнительный усилительный механизм, интегратор положительных эмоций и посадить его на дофаминовый тонус. Дофамин был выбран для того, чтобы создавать общий уровень активности прилежащего ядра. Именно поэтому дофамин в итоге оказался главным медиатором, сцепленным с обучением и с положительными эмоциями.

Источник: https://youtu.be/VYHYFO8d5go

Эту картинку я показывал на одной из лекций. NA — это nucleus accumbens. Вот вентральная покрышка, ее дофаминовое влияние. Через таламус сигнал уходит на кору больших полушарий, чтобы воздействовать на память, процессы запоминания, выбора программ и так далее. Об этом же говорят картинки, получаемые во время томографических исследований. Когда человек испытывает какие-то положительные эмоции по самым разным поводам, загораются центры специфических потребностей и nucleus accumbens, как коллектор положительных эмоций. Ощущает ли человек сладкий вкус или играет в компьютерную игру, лежа в томографе, все равно загораются эти структуры: настолько они важны и настолько значимы.

Источник: https://youtu.be/VYHYFO8d5go

Вот еще одна картинка. Я ее показывал, когда говорил о зеркальных нейронах. Здесь уже решается практическая задача. Тестировались разные типы рекламы. Автомобиль рекламируется, как что-то очень хорошее, используются логические доводы. Тогда загорается кора больших полушарий. Или используются зеркальные нейроны: посмотрите на счастливого человека в этом прекрасном автомобиле. Или используется какой-то вариант подкрепления: вы едите на автомобиле, и все красивые девушки — ваши. Тогда nucleus accumbens наиболее ярок. Разные фирмы используют разные типы реклам. Кто-то достигает большего успеха, кто-то — меньшего. Это уже очень практическая задача.

Источник: https://youtu.be/VYHYFO8d5go

Вот еще одна картинка. Я ее показывал, когда говорил о зеркальных нейронах. Здесь уже решается практическая задача. Тестировались разные типы рекламы. Автомобиль рекламируется, как что-то очень хорошее, используются логические доводы. Тогда загорается кора больших полушарий. Или используются зеркальные нейроны: посмотрите на счастливого человека в этом прекрасном автомобиле. Или используется какой-то вариант подкрепления: вы едите на автомобиле, и все красивые девушки — ваши. Тогда nucleus accumbens наиболее ярок. Разные фирмы используют разные типы реклам. Кто-то достигает большего успеха, кто-то — меньшего. Это уже очень практическая задача.

Раз дофамин самый главный, скажу несколько слов о нем — подытожу то, что успел рассказать за три месяца. Вот такая симпатичная, несложная молекула. Большинство медиаторов — это маленькие шустрые молекулы, которые должны проходить через синаптическую щель, иначе процессы передачи сигналов будут замедлены. Показаны основные источники дофамина: черная субстанция среднего мозга, аксоны которые идут вверх, в базальные ганглии, и вентральная покрышка, которая находится здесь же. На продольном срезе сверху видна черная субстанция, снизу — вентральная покрышка. Эта зона работает с корой больших полушарий и с nucleus accumbens. Черная субстанция в основном работает с двигательными центрами. Радость, связанная с движениями, является ее епархией. Вентральная покрышка работает с потоками новой информации. Ей же досталось управление nucleus accumbens.

Разные части вентральной покрышки решают разные задачи. Но в любом случае это дофамин. По ходу нашего курса была целая лекция, посвященная новизне. Я рассказывал, что дофамин значим при самых разных вариантах новизны, вплоть до творческих процессов, научных открытий, рассказов анекдотов и так далее. Дофамин черной субстанции важен тогда, когда мы двигаемся: танцы, спорт, любой вариант движений. Хорошо выполненное движение платит нам дофаминовой радостью. Это было в конце прошлой лекции. Разные варианты движений, когда вас распирает счастье, хочется прыгать и радостно верещать, это, конечно, дофамин. Если мы берем вещества, похожие на дофамин, если мы усиливаем работу дофаминовой системы, мы реально получаем очень серьезные наркотические препараты, которые одновременно являются и стимуляторами двигательной активности, и стимуляторами ментальной активности.

Источник: https://youtu.be/VYHYFO8d5go

Еще они вызывают положительные эмоции. Поэтому их отнесли к группе психомоторных стимуляторов. Некоторые из них в малых дозах используются, как лекарственные препараты, при тяжелых депрессиях. Большинство из них — это серьезнейшие наркотики. Прежде всего это амфетамины и кокаин. Справа вверху показан амфетамин. Эта молекула выделена желтым цветом на экране. Вы видите, как она влияет на разные компоненты деятельности синапса. В эти дебри мы пока не полезем. Важно, что эта желтенькая штучка находится везде. Она увеличивает выброс дофамина. Каждая порция дофамина, которая выбрасывается при приходе ПД, на фоне амфетамина становится больше. В итоге дофамина больше, на рецепторы давим сильнее, растет и двигательная активность, и скорость мышления, ментальных процессов, и положительные эмоции активируются. Амфетамины были открыты достаточно давно, еще в начале XX века. При их описании заметили, что они являются практически веществами счастья. Они снимают голод, увеличивают двигательную активность и дают эйфорию, положительные эмоции. Вам не хочется есть, в теле приятная гибкость образовалась, хочется радоваться. Явное вещество счастья. Впервые их попробовали для контроля веса. Вековая задача человечества — похудеть — идеально вписывается в амфетамины, в их молекулу. 

Источник: https://youtu.be/VYHYFO8d5go

Некоторое время амфетамины использовались с этой целью. Довольно быстро поняли, что это наркотик. Хотя это было 100 лет назад, но понятие о наркотиках идет с середины XIX века. Этот препарат вызывает привыкание и зависимость. Привыкание значит, что надо повышать дозу при повторных приемах, чтобы достичь того же эффекта. Зависимость проявляет себя тогда, тогда вы попытаетесь отказаться от препарата. Тогда вдруг обнаруживается, что все плохо. Серьезные вещества, влияющие на работу синапса, довольно здорово портят его работу. Каждый наш синапс врожденно знает, с какой активностью передавать сигнал. Если вы начинаете с помощью амфетамина усиливать передачу, то синапс начинает отрабатывать назад: меньше дофамина, меньше дофаминовых рецепторов. Чтобы все работало как раньше, нужно все время повышать дозу. В тот момент, когда вы вдруг решите отказаться от препарата, обнаружится, что дофаминовый синапс без амфетамина толком не работает. Нет никакой двигательной активности, нет положительных эмоций, мысли остановились. Возникает депрессивное состояние, безвольное, с негативными эмоциями. Центры положительных и отрицательных эмоций тоже все время конкурируют у нас в мозге. Если вы сбили положительные эмоции, то отрицательные выйдут вперед. Амфетамины вызывают привыкание и зависимость где-то за 20-30 приемов. Если ежедневно их принимать, то за месяц можно вполне стать амфетаминовым наркоманом. Амфетамины прошли длинную историю. Они были спортивными допингами, использовались, как настоящие психостимуляторы во время Второй мировой войны. Сейчас это наркотики. Они используются при тяжелых депрессиях в малых дозах, как лекарственные препараты.

Источник: https://youtu.be/VYHYFO8d5go

Еще более серьезная история касается кокаина, который заставляет дофамин дольше плавать в синаптической щели. Всякий медиатор, после того как он выделился и подействовал на рецептор, через некоторое время должен быть удален с рецептора. Иначе нажатие на кнопку будет слишком длинным, это будет нехорошо. Есть различные механизмы удаления медиатора с рецептора. Например, с помощью фермента: приходит фермент и выкусывает его. Но чаще всего это обратный захват. Есть специальные белки, которые возвращают медиатор обратно в пресинаптическое окончание, чтобы его повторно использовать. Это очень экономно, хорошо. Именно так выключается действие дофамина: он постепенно всасывается обратно. Кокаин не позволяет всасывать обратно, дофамин продолжает плавать в синаптической щели и нажимать на кнопку. Возникают психостимулирующие эффекты. По сравнению с амфетаминами дофамин меньше влияет на двигательную активность, больше влияет на ментальную активность, вызывая более мощную эйфорию. Когда были просто листики коки, эффект был слабенький. Там небольшая концентрация вещества; листья надо жевать, жевать и жевать. Бедные индейцы инки всю жизнь так и жевали. 

Источник: https://youtu.be/VYHYFO8d5go

Время бежит неумолимо. Уже одиннадцатая лекция. В следующий раз будет уже завершение, посвященное медиаторной составляющей наших потребностных систем. Сегодня хорошо бы закончить проход по основным биологическим потребностям. В следующий раз я буду больше говорить о механизмах, а сегодня — о поведенческих реакциях. Дальше будет зачетное занятие, потом будет еще одно зачетное занятие, и так далее. Моей коллегой является Лариса Николаевна Соловьева. Лариса Николаевна, помашите, пожалуйста, рукой. Это очень важный человек. Скорее всего, именно ее подпись появится в ваших зачетках, а не моя. После собрания мы решили, что, если вы удачно написали 10 контрольных из 12, то это автомат. Только учтите, это если вы удачно написали, а не просто посетили и положили бумажку с надписью: «Большое спасибо». Такие бумажки мы тоже регулярно собираем, хотя и в небольшом количестве. Бывают варианты, когда лежат пять совершенно одинаковых листиков, исписанных абсолютно одинаковым почерком, только фамилии отличаются. Такого рода опыты не вызывают симпатию. Могу сказать, что даже на сегодняшний день по нашим подсчетам можно сказать, что около 80 человек уже получили автоматы. После сегодняшней лекции в нашем почтовом ящике появится файл с вашими результатами. Вы сможете посмотреть и посчитать, есть ли у вас 10 плюсиков. Поскольку у нас всего 12 лекций мы ожидаем, что у нас человек 200 получат автоматы, а человек 150 пойдут на зачетное занятие. Если у вас по поводу ваших плюсиков возникнут вопросы, если у вас стоит пропуск, а вы на самом деле были и бумажку сдавали, то тогда вы будете адресоваться к Ларисе Николаевне. Ее электронный адрес тоже в ящике появится. Вы будете ей тогда писать на почту, она с вами будет разбираться. Это технические вопросы. Наверное, что-то еще в голову придет, но уже ближе к концу лекции.

Источник: https://youtu.be/75NJ8rr1h1s

Сейчас мы продолжаем разговор о потребностях. Прошлая лекция была посвящена гомеостазу. До этого у нас еще много чего было. Давайте посмотрим на пройденный путь — он не такой уж и маленький. Путеводной звездой нам служила классификация, которую предложил Павел Васильевич Симонов. Он разделил потребности на витальные, зоосоциальные и потребности саморазвития. Когда я стал смотреть, оказалось, что больше всего мы с вами говорили о зоосоциальных программах. Мы поговорили о любви в разных ее проявлениях, о зеркальных нейронах, о стремлении к лидерству, о том, как организмы отвоевывают свою территорию. Получилось, что этот блок занял наибольшее время. В этом есть своя логика. Кроме этого, мы много говорили о витальных потребностях: еде, страхе, агрессии, немножко о жажде. Прошлая лекция была посвящена гомеостазу. На этом фоне потребности саморазвития немного меньше себя проявили. Хотя тоже была отдельная лекция, посвященная исследовательскому поведению. Подражательное поведение я описывал тогда, когда говорил о зеркальных нейронах. Баланс более или менее соблюден. Хотя по программам саморазвития можно было бы что-то еще рассказать. Я немножечко о них сегодня скажу. В прошлый раз был гомеостаз. Просматривая материалы лекции, я понял, что все-таки мы кое-что не успели. Поэтому сегодня лекция будет своеобразным винегретом: мы будем добавлять кусочки туда, куда еще надо вставить пару слов для полноты картины.

Источник: https://youtu.be/75NJ8rr1h1s

Начнем с гомеостаза. Гомеостаз — это стремление, программа, связанная с поддержанием постоянства внутренней среды организма. Без этого никак. Без этого нашему телу будет плохо: самочувствие будет плохим, состояние здоровья будет плохим. Тогда и высшие психические функции тоже окажутся не очень счастливыми и не очень качественными. Мы много говорили в прошлый раз о дыхании, о сердечно-сосудистой системе. Хотелось бы коснуться еще одного вопроса — вопроса терморегуляции. Мы с вами — теплокровные млекопитающие. Это означает, что у нас есть оптимальная температура тела. На работу в этом температурном диапазоне настроен весь наш организм. Температура в 36,6° — это не просто так. Это очень важный показатель. Каким-то образом данная температура поддерживается. Пару слов про это.

Ключевой структурой в случае терморегуляции оказывается все тот же гипоталамус, за что ему низкий поклон. В передней части гипоталамуса, преоптической области, недалеко от которой входит зрительный нерв, находятся нейроны-терморецепторы. Они постоянно измеряют температуру крови. Важнейшим показателем для управления температурой нашего тела является именно температура крови, протекающей через гипоталамус. Руки замерзли, ноги замерзли, холодный воздух дует в лицо — это не так значимо. Хотя надо сказать, что в гипоталамус все-таки поступают сигналы и от терморецепторов кожи. У нас там есть холодовые датчики, тепловые датчики. Но эти сигналы имеют сугубо вспомогательную роль. Главное все-таки то, что там внутри. Это внутренний термометр — терморецепторы гипоталамуса, которые врожденно знают, что температура должна быть равна 36,6°. Если температура ползет вверх или вниз, то гипоталамус с помощью вегетативной нервной системы, симпатики и парасимпатики, способен возвращать температуру в оптимальный диапазон. Что произойдет, если кровь станет слишком горячей? Нужно сбросить лишнее тепло. Основной механизм такого сброса — расширение сосудов кожи. Сосуды кожи расширяются, сигнал идет в основном через торможение симпатической системы, мы разогреваемся, тепло улетучивается с поверхности кожи. Примерно так же работает холодильник, у которого задняя панель горячая: с нее уходит то лишнее тепло, которое высасывается из морозилки. Примерно так же мы устроены. Если этого не хватает, второй уровень — это включение потоотделения. Начинают работать потовые железы. Здесь как раз идет специальный активирующий симпатический сигнал. Симпатическая система играет довольно сложную роль в этой ситуации. Она подтормаживается в отношении сосудов и активируется в отношении потовых желез. Пот, которой выделяется, является охлаждающей жидкостью. Она улетучивается с поверхности кожи, и становится легче. Если совсем плохо, то гипоталамус начинает стучаться вверх, в кору больших полушарий, и говорить: «Жарко, жарко!». Обычно это доходит до коры. Мы снимаем лишнюю кофту или уходим в тень — на поведенческом уровне помогаем гипоталамусу что-то такое сделать, если осознаем перегрев. Обычно на примере стандартных ситуаций мы видим, что даже мы не осознаем плюс-минус 0,2-0,3°, а гипоталамус прекрасно всю эту ситуацию выруливает.

Примерно такая же история про охлаждение. Если кровь стала холоднее, чем 36,6°, буквально на 0,1-0,2°, то гипоталамус запускает сужении сосудов кожи. Не будем отдавать лишнее тепло с поверхности. Это симпатическая реакция. Мы все прекрасно знаем, что в холодном помещении у нас начинают мерзнуть руки, ноги, нос, уши. Бог с ними, с ногами или ушами. Главное, чтобы гипоталамус не остыл. Идет зажатие, экономия. Следующий уровень — это включение дрожи и такой реакции, которая называется пилоэрекция. Дрожь вызывает колотун; начинают непроизвольно сокращаются мышцы. Когда сокращается мышца, там вырабатывается довольно много энергии. Не движение происходит, а просто сокращение ради тепла. Вы можете на сознательном уровне не доводить до дрожи, а просто 15 раз присесть или 10 раз отжаться, и прекрасно помочь своему замерзающему организму. Реакция пилоэрекции — это попытка поднять несуществующую шерсть. Мурашки, которые появляются, являются древней реакцией, которая у нормальных млекопитающих и птиц, покрытых шерстью и перьями, является очень даже полезной. Чем толще слой шерсти или перьев, тем лучше термоизоляция. Пушистый воробушек в холод гораздо меньше мерзнет. Кошка на морозе тоже становится удивительно пушистой. У нас шерсти нет, а реакция эта сохранилась. Конечно, видно, что шерсть встает дыбом, но тепла от этого вряд ли следует ждать. Мурашки появляются, сосуды зажимаются, человек явно синеет: в зажатых сосудах кровь застаивается и становится более темной. Посинение, мурашки и цоканье зубами являются явными признаками холода. Когда в детстве вы выходили из речки, то родители по этим признакам прекрасно видели, что ребенка надо отогревать. Взрослый человек до такого состояния обычно не доводит. Мы осознаем, что стало холодновато, надеваем дополнительную кофту или выходим на солнышко из тени, или еще что-то такое делаем. Наши родители тратят довольно много сил, чтобы научить нас реагировать на даже слабенькие сигналы гипоталамуса. Родительские просьбы не ходить в мороз без шапки звучат не просто так. Когда вы станете родителями, вы поймете, насколько это важно, насколько это записано всерьез в наших родительских программах: здоровье детеныша прежде всего.

Система терморецепторов довольно чувствительна к простагландинам. Кажется, они еще пока у нас не появлялись. Это особая группа химических соединений, которая возникает при воспалительных реакциях. Когда там и сям в организме случается воспаление, из мембран поврежденных клеток синтезируются простагландины. Часто это является признаком вирусной или бактериальной атаки. Простагландины являются иммунным сигналом — цитокинами. Мы все время говорим о медиаторах — веществах, с помощью которых нервная система передает сигналы. Периодически я вспоминаю о гормонах — веществах, с помощью которых эндокринная система передает сигналы. А есть еще цитокины — третья группа регуляторных веществ, с помощью которых иммунная система передает информацию. Эта информация не менее важна, чем гормональная или медиаторная. Простагландины — цитокины, которые сообщают гипоталамусу, что надо поднимать температуру. Начинается реакция, как будто стало холодно. Под действием простагландинов гипоталамус запускает сжатие сосудов, а иногда даже и дрожь появляется, мурашки. Если много простагландинов, то это лихорадочное состояние, характерное для инфекционных болезней.

Зачем это? Подъем температуры тела хотя бы на 1° почти в два раза активирует нашу иммунную систему. Если температуру поднять еще на градус, то иммунная система уже в 3-4 раза станет активнее. До 38-39° поднимать температуру биологически целесообразно. При этом желательно, чтобы вы не бегали, не прыгали, не сидели на занятиях, а тихо лежали дома и позволяли иммунной системе бороться с инфекцией. Когда температура уходит за 39°, то это уже нехорошо. Это достаточно опасно. В этом случае есть жаропонижающие препараты, которые позволяют сбить температуру. Аспирин, анальгин, парацетамол относятся к этим соединениям. Основной механизм их действия — это блокада образования простагландинов. Получается не очень хорошая ситуация, связанная с тем, что мы живем в таком мире, когда болеть нельзя. Мы слышим в рекламе, что нет времени болеть. Чуть температура куда-то сдвинулась, тут же Фервекс в стакан: выпил — и пошел. Надо осознавать, что, когда мы используем жаропонижающие при небольших скачках температуры, мы порой мешаем собственной иммунной системе. Поскольку болеть некогда, мы все время стоим перед таким выбором. Рискуя помешать собственному здоровью и запустить инфекционный процесс, мы используем жаропонижающие тогда, когда еще не стоит этого делать. Гораздо лучше тренировать гипоталамическую систему так, чтобы она эффективно, четко, быстро реагировала на изменение температуры крови. Как всякая вегетативная система, она подлежит тренировке. Хоть и в обход нашего сознания, но тем не менее. Когда люди проводят закаливающие процедуры, это как раз самое оно. Гипоталамус и его подчиненные, симпатика и парасимпатика, учатся быстро менять температуру, быстро реагировать на все эти скачки. Когда вы уже в реальной жизни попадаете в промозглую московскую сырость, эта система работает более эффективно и более надежно.

Источник: https://youtu.be/75NJ8rr1h1s

Наверное, стоит пожаловаться на эту систему, потому что она довольно несовершенна. По сравнению с большинством других млекопитающих, у обезьян терморегуляция не очень эффективно развита. Наш вариант потовых желез считается весьма примитивным: очень много воды теряется. Мы все-таки сухопутные млекопитающие, вода для нас является ценностью. У большинства других млекопитающих терморегуляция решена более экономно. Чаще всего она решается за счет кровеносных сосудов, которые расширяются и отдают избыток тепла. Чтобы это случалось эффективно, создаются специальные органы, где много кровеносных сосудов. Это реально напоминает заднюю стенку холодильника. Наверное, вы видели, что в жару слон машет ушами. Это он не себя обмахивает, а свои уши, потому что там находится основное скопление кровеносных сосудов. И у зайца, и у кролика так же. Как вы думаете, где это скопление у крысы? В хвосте. Почему у крысы голый хвост? Это не для того, чтобы физиологам было удобно браться за него, хотя действительно удобно. Там находятся кровеносные сосуды. Когда крысе жарко, у нее разогревается хвост. Если вы купируете свою домашнюю крысу, чтобы выдать родителям за хомячка, то она все время будет в состоянии перегрева, вы ей нарушите главный механизм терморегуляции. Собачий вариант — это испарение жидкости, но не с поверхности тела, а с поверхности дыхательных путей: вывалить язык и усиленно дышать. Вот такой вариант. Терморегуляция — очень актуальная задача. Млекопитающие ее решают очень хорошо. Мы по сравнению с другими млекопитающими довольно низкотемпературные: у большинства млекопитающих температура тела составляет 38-39°, а у птиц — вообще за 40°. Чем выше температура тела, тем шустрее организм. Но зато меньше живет. Тут приходится выбирать. Продолжительность жизни человека во многом является заслугой нашей не очень высокой температуры тела. Достаточно про терморегуляцию.

Источник: https://youtu.be/75NJ8rr1h1s

Еще один вопрос, касающийся нейроэндокринного взаимодействия. По ходу нашего курса я периодически заговаривал о разных гормонах. Многие функции нашего организма без гормонов немыслимы, в том числе связанные с потребностями. Мы с вами говорили о лептине, который регулирует уровень пищевой потребности. У нас появлялись окситоцин и вазопрессин — гормоны, которые регулируют привязанность, родительское поведение. Фокус в том, что выделением гормонов все-равно управляет мозг. Управление идет по тому же гомеостатического принципу. Главным органом в этом случае является гипоталамус. В средней части гипоталамуса, которая называется серый бугор, находятся нервные клетки, постоянно измеряющие концентрацию различных гормонов в крови. В этом смысле гипоталамус оказывается еще и главным эндокринным регулятором. Он врожденно знает, сколько какого гормона должно быть в крови. Если концентрация отличается от идеала, то у гипоталамуса есть способы указать эндокринным железам на проблему и заставить их выделять больше или меньше гормона. Маленькая стрелочка в центре экрана показывает гипоталамические влияния на эндокринные железы, которые в основном реализуются через гипофиз. Гипоталамус — это центр управления, а гипофиз уже рассылает приказы конкретным эндокринным железам.

Эта штука изображает гипофиз: синим цветом окрашена передняя часть гипофиза, а красным — задняя. Вы видите, что стрелочки (влияния), идущие из гипофиза, очень многочисленны. Каждая стрелка — это один, а то и больше гормонов. Окситоцин и вазопрессин выделяются из задней доли гипофиза. А из передней — большое количество тропных гормонов, которые влияют на щитовидную железу, надпочечники, половые железы и кое-какие другие эндокринные железы. Кроме этого, гипоталамус с помощью симпатики и парасимпатики может влиять на надпочечники, поджелудочную железу. Получается еще одна гомеостатическая конструкция, гомеостатический контур нейроэндокринной регуляции. Это, конечно, колоссально важно. В итоге эндокринная система для нашего здоровья имеет не меньшее значение, чем нервная.

Источник: https://youtu.be/75NJ8rr1h1s

Третьей важной системой является иммунная, о чем я тоже не раз говорил. Все это я представил в виде схемы. Как эта штука работает? Есть некая эндокринная железа. Она выбрасывает в кровь гормон, который что-то делает. Гормон в крови воздействует на клетки, ткани, органы. Его концентрация оценивается гипоталамусом. Если гормона оказывается слишком мало, то у гипоталамуса есть способ передать об этом информацию на гипофиз. Способ этот называется выделение статина — особого гормона, который будет подтормаживать гипофиз. Это если базового гормона слишком много. Если базового гормона слишком мало, то гипоталамус выделяет другой гормон — либерин, который сообщит гипофизу о том что надо активировать. Гипофиз в ответ на сигнал от статина или либерина изменит выделение тропного гормона. Тропный гормон, в зависимости от его количества, определит активность рабочей эндокринной железы. В итоге можно подрегулировать систему. Тропный гормон все время выделяется, все время воздействует на выброс основного гормона, а с помощью статинов и либеринов можно сдвигать систему туда или сюда. Получается непростая гормональная завязка.

Источник: https://youtu.be/75NJ8rr1h1s

Хотелось бы два примера из этой области привести. Я не собираюсь рассказывать про все гормоны, но две очень важных истории все-таки хотелось бы озвучить. Во-первых, это щитовидная железа, имеющая колоссальное значение для общего уровня здоровья и общей интенсивности обмена веществ. Гормоны, которые вырабатывает щитовидная железа, называются тироксины. Может, еще со школы помните, что они содержат йод. Это уникальная история, потому что йодсодержащих молекул у нас в организме больше нет, а здесь без йода эта штука вообще не функционирует. Поэтому так полезна морская капуста. Тироксины усиливают, задают уровень обмена веществ во всех клетках нашего организма. Каждая клетка организма ежедневно должна получать несколько молекул тироксина. Он воздействует на все клетки нашего организма и влияет на митохондрии, на выработку энергии — на активность захвата митохондриями глюкозы и превращения ее в АТФ, энергию. Поэтому концентрация тироксина в крови — очень важный гомеостатический показатель.

Вы видите эту завязку. Если тироксина в крови становится мало, то гипоталамус реагирует на это, выделяет либерин (тиролиберин). Для каждой железы характерен свой либерин, свой статин. Тиролиберин усиливает выделение тиреотропного гормона из гипофиза; щитовидка начинает работать активнее. А если есть избыток тироксина, тогда статин выделяется меньше тиреотропного гормона, щитовидка работает слабее Вот такая история. Оказывается, что не только тироксины, но и тиролиберин, тиреотропный гормон тоже являются факторами, влияющими на работу мозга. Раз уж мы говорим о нервной системе, то надо понимать, что чем активнее тироксиновая ось, тем активнее идет обмен веществ в мозге, тем шустрее и быстрее мозг работает.

В случае всех гормонов существуют границы нормы. Есть совсем средний уровень и есть плюс-минус какие-то концентрации, которые тоже считаются эндокринологами нормальными. Если ваш тироксин ближе к верхней границе, то ваши нервные процессы идут быстрее, чем в случае, когда ваш тироксин ближе к нижней границе. Когда это уже выходит за границы нормы, то здесь начинаются различные патологические процессы. Заметный дефицит тироксина приводит к тому, что нервная система становится слишком вялой, возникают депрессивные состояния, ничего не хочется. В тяжелом случае это называется микседема. Эндокринологи совершенно справедливо говорят, что не меньше половины ситуаций кажущейся депрессии являются на самом деле плохой работой щитовидки. Получается порочный круг: когда мало тироксина, мозг становится вялым, а от этого щитовидка и гипоталамус хуже работают, система сама себя раскачивает. Я не хочу составлять конкуренцию психологам и психотерапевтам, но если вы постоянно ощущаете какие-то депрессивные симптомы, то прежде чем идти к психотерапевту, можно проверить сначала гормоны щитовидной железы. Не исключено, что проблема в ней. В вашем возрасте это еще не очень актуально. К 40 годам у большого процента населения с щитовидкой уже плохо. Там это все очень даже уместно, вероятно. Тироксин — маленькая и прочная молекула: его прекрасно можно применять в виде таблеток, хорошо себя при этом чувствовать.

Противоположная ситуация — слишком много тироксина. Тогда мозг слишком шустрый, нервозный, эмоциональный. Порой дело доходит до бессонницы, тахикардии и так далее. Очень усиливается обмен веществ. Такие люди похожи на землероек: они все время хотят есть; два часа — и у них уже того и гляди наступит голодный обморок. При этому они совершенно не толстеют. Тут можно им позавидовать: они могут питаться одними пирожными и прекрасно себя чувствовать. Главное — подвозить пирожные вовремя. Вот еще один персонаж с явными признаками повышенной активности щитовидной железы: худое лицо, худая фигура, очень характерно выпученные глаза. Повышенный тонус глазодвигательных мышц приводит к экзофтальму. Симпатика очень активна: повышенная частота сердечных сокращений, постоянно мокрые ладошки из-за активности потовых желез. Тиролиберин не очень давно стал официальным лекарственным препаратом. У него есть отдельное активирующее действие на дыхательный центр. Его порой применяют в отношении глубоко недоношенных детей, для того чтобы нормализовать и стабилизировать их дыхание, когда ребеночек еще в кювете находится. Оказалось, что это активирующее действие здесь очень специфическое и очень хорошее.

Источник: https://youtu.be/75NJ8rr1h1s

Вторая история касается гормона роста — соматотропного гормона, который выделяется гипофизом. Обычно на уровне школьных учебников говорят, что от гормона роста зависит, насколько человек вырастет: будет он ростом 1,5 м или 1,7 м, или 1,9 м, или 2,2 м. В школьных учебниках история немножко упрощается. Не столько сам гормон роста действует, сколько инсулиноподобный фактор роста 1, выделяемый печенью. Настоящий гормон роста выделяет печень. Чтобы она его выделяла в правильном количестве, на печень воздействует тропный гормон гипофиза, ориентированный именно на то, чтобы развивался скелет, мускулатура, организм в целом. Видите эту систему с отрицательными обратными связями? Если инсулиноподобного гормона роста слишком много, то гипоталамус обязан на это реагировать и вырабатывать гормон, который называется соматостатин. Соматостатин уменьшает выделение гипофизарного гормона роста. Опять работает эта система. Здесь вы видите несколько примеров супергигантов, когда люди вырастали или вырастают гораздо выше 2 м. Конечно, живется таким людям нелегко, потому что их вес явно превышает 100 кг, даже при общей худобе. Скелет не рассчитан на такие нагрузки: искривляется позвоночник, происходит х-образная деформация ног.

В основном большой избыток гормона роста связан с опухолями гипофиза: к этому приводят гипофизарные опухоли. Если наоборот не работает система, то могут получаться карлики. Сейчас это уже не должно быть проблемой. Если не хватает гипофизарного гормона роста, то есть искусственный гипофизарный гормон роста, сделанный с помощью ГМО-бактерий. Его просто вводят таким детям. В первом же анализе крови, который берут у младенцев в родильном доме, в первой капелька крови из пяточки, определяют количество тироксина и гормона роста. Бывают ситуации, когда врожденно щитовидная железа не вырабатывает тироксин. Если не начать его вводить немедленно, то мозг просто не будет развиваться: будет тяжелая умственная отсталость. Карликовость — это тоже один из таких вариантов. И в том, и в другом случае современная медицина справляется с проблемой. Если опухоль гипофиза возникает во взрослом возрасте, то в этот момент скелет и мышцы уже не очень чувствительны к гормонам роста; человек не начинает расти. Но у него начинают расти все хрящи, или сердце увеличивается в размере, или уши вдруг становятся большими, а нос крючковатым. Это называется акромегалия. Баба Яга — это женщина с акромегалией. Тут совершенно все однозначно. Крючок на лице возникает в такой ситуации. У соматостатина, выделяемого гипоталамусом при избытке гормона роста, тотальное успокаивающее действие. Он является всеобщим ингибитором, снижает активность многих внутренних органов, в том числе мозга. Рецепторы к этим гормонам есть не только на обычных клетках, но и на нервных клетках. Многие гормоны оказывают прямое действие на нейроны и на состояние нашего мозга.

Источник: https://youtu.be/75NJ8rr1h1s

Вот то, что я хотел добавить про эндокринную систему. Еще раз подчеркну то, что на самом деле все еще сложнее. У нас в организме работают три регуляторных системы: нервная, эндокринная и иммунная. Они все время обмениваются химическими сигналами. Нервная система выделяет медиаторы, эндокринная — гормоны, а иммунная — цитокины при воспалении. Цитокины воздействуют и на мозг, и на эндокринную систему. Гормоны воздействуют и на мозг, и на иммунную систему. Медиаторы воздействуют и на эндокринную, и на иммунную систему. Возникает целостная тройная регуляция, которая различается по скорости. Нервная система — это секунды и часы; эндокринная — это часы и дни; иммунная — это недели и месяцы. Все это вместе обеспечивает гомеостаз — оптимальное состояние нашего организма, наш уровень здоровья, в том числе условия для нормальной работы нашей психики.

Источник: https://youtu.be/75NJ8rr1h1s

Пойдем дальше. Одной из программ, связанных с гомеостазом, является программа сна. Система сна и бодрствования — это система, которая работает по врожденно заданным принципам. Потребность в сне — это очень важная потребность. Вы можете денек-другой не поспать, но уже на 3-4 день с вашим мозгом начнут творится всякие неприятные штуки, а уж про нормальную работоспособность можно совершенно забыть. Если недельку подержать лабораторное животное без сна, то можно добиться реальных повреждений мозга — инсульта и так далее. Своевременный и правильный сон — это очень-очень важный момент в существовании нашего организма, нашего мозга.

Источник: https://youtu.be/75NJ8rr1h1s

Если мы возьмем политеистические религии с достаточным количеством богов, то мы обнаружим там бога сна, а то и несколько таких богов. В индуизме, синто или греческой мифологии мы таких богов обязательно встретим. У древних греков целых два бога. Гипнос — это бог, который отвечает за сам сон, вход в сонное состояние. Его сын Морфей расположен справа, он побольше Гипноса на этой картинке. Его можно узнать по крылышкам в прическе. Он как раз отвечает за сновидения. Гипнос — серьезное существо. К нему олимпийцы обращались только в самых крайних ситуациях. Чтобы греки победили троянцев, Гипнос усыпил Зевса, все плохо кончилось. Он вступает там, где уже совсем нужно. На этой картине изображен Гипнос, навевающий сон. А это бог сновидений.

Сон и бодрствование — очень базовые состояния. Рыбка в аквариуме тоже должна спать. Все помнят колыбельную про рыбок в пруду. Это правда. Раз это древние функции, то центры этих функций мы обнаруживаем сильно глубоко в мозге. Где же находятся наши центры сна и бодрствования? Главный центр бодрствования — это ретикулярные ядра моста. Продолговатый мозг и мост — самые задние центры головного мозга. В середине этих зон находятся странные структуры, которые в свое время были названы ретикулярной формацией. Большинство структур нашего мозга так устроено, что тела нервных клеток собраны в скопления (ядро или кора), к которому подходят волокна. Ретикулярная формация является винегретом. Между нейронами в хаотическом направлении идут волокна. Это выглядит иначе, чем ядерные структуры, чем корковые структуры.

Ретикулярная формация очень характерна для центральной части продолговатого мозга, моста и среднего мозга. Ретикулярные ядра моста — это главные центры бодрствования. Здесь находятся нервные клетки, которые, во-первых, воспринимают все серьезные информационные потоки, которые ходят по нашему мозгу. В частности, все сенсорные системы посылают сюда часть своей активации. Когда в середине XX века стали изучать ретикулярные ядра моста, вообще ничего сначала не поняли. Нейроны реагировали на звук, на свет, на боль. Поначалу их даже называли неспецифическими. А потом поняли, что они вполне себе специфические, просто у них функция сенсорного интегратора. Какие бы сенсорные сигналы на нас не действовали, активация суммируется в этих ядрах. Дальше аксоны этих клеток расходятся по всей центральной нервной системе и задают ее тонус. Благодаря такой конструкции мы просыпаемся от любого сенсорного сигнала. Будильник зазвонил, кто-то нас за ногу подергал, свет яркий включили — пошла активация, мозг способен проснуться. Регулярные ядра моста выдернут нас из сонного состояния, все заработает активнее. Если мы выключим сенсорные входы, то, скорее всего, заснем. В тихом темном месте мы засыпаем как раз из-за того, что сенсорная активация не идет на ретикулярные ядра моста. На самом деле тут все еще сложнее, потому что центры эмоций тоже сюда подают сигналы, центр мышления — тоже. Если вас волнует какая-то проблема, вы тоже можете не уснуть, а все думать, думать и думать. Тут надо как-то выключать уже мыслительные процессы, а не только свет в спальне. Если вы хотите проснуться утром, а мозг никак не заводится, то нужно добавить сенсорных сигналов: сделать свет поярче, музыку погромче, еще можно съесть что-нибудь такое, чтобы организм вздрогнул — хорошая ложка горчицы вам поможет. Недаром нюхают нашатырный спирт в полуобморочном состоянии, чтобы все встрепенулось.

Источник: https://youtu.be/75NJ8rr1h1s

Вечным конкурентом ретикулярных ядер моста является центральное серое вещество среднего мозга (овал с цифрой два). Это главный центр сна. Отсюда расходится сонное состояние. Центры сна и центры бодрствования постоянно выясняют, кто из них главный. Тот, кто победил, тот и будет вести за собой наше состояние. Значительная часть усилий центрального серого вещества среднего мозга направлена на то, чтобы отключить таламус. Если отключить таламус, то уже сенсорные сигналы плохо ходят по мозгу. Дальше уже можно засыпать. Центральное серое вещество среднего мозга использует тормозные медиаторы, чтобы воевать с центрами бодрствования. В центрах бодрствования находятся активирующие медиаторы. Нанести ответный удар напрямую центры бодрствования не могут. Поэтому они используют структуру, которая называется голубое пятно, чтобы конкурировать с центрами сна. Насколько я помню, про голубое пятно я вам рассказывал. Там норадреналин. Этот норадреналин много где участвует. Одна из его функций — тормозить центры сна. Делает это голубое пятно по команде из центров бодрствования или во время стресса. 

Итак, сегодня десятая из двенадцати лекций. Сегодня мы будем о том, как наш мозг работает, прежде всего, с внутренней средой организма. Здесь ключевое слово – гомеостаз. Гомеостаз если дословно переводить «стабильное» или «одинаковое» состояние. Для того чтобы наше тело, органы хорошо функционировали, а наша психика в итоге ощущала, что с организмом всё в порядке и мы здоровы, это вот как раз необходимое условие поддержания гомеостаза. Ну и фраза что «здоровье не купишь» вообще подчеркивает то, что, конечно, очень многие аспекты поведения для нас важны, но когда что-то не то с сердцем, сосудами, лёгкими, иммунитетом, эндокринной системой и прочими частями организма, тогда уже не до таких возвышенных устремлений. Всё это достаточно банальные вещи. В основном, наш мозг справляется с этими проблемами даже без участия нашего сознания. Эти программы настолько важные и настолько базовые, что сознание лучше туда вообще не пускать, оно там наворочает и наломает дров. Представьте себе, что если бы мы могли волевым усилием регулировать работу сердца, вряд ли это к чему-то хорошему привело и кроме того надо было всё время думать типа «ой, что-то я забыл отдать команду сердцу» и так раз и всё. Совершенно ни к чему загружать высшие центры головного мозга такими банальными проблемами, с которыми может справиться, скажем, спинной мозг, ствол, а иногда и сам внутренний орган с помощью очень небольшого числа нервных клеток. В общем можно было назвать сегодняшнюю лекцию «Мозг и здоровье», она будет иметь вот такой явно повернутый внутрь организма характер, может быть самый такой приземлённый из всех тех лекций, которые я здесь вам здесь читаю. Если обратиться вновь к классификации потребностей по Маслоу, то сегодняшняя наша тема в самом основании данной пирамиды, то, что он называл физиологические потребности. И, скажем, потребность в воздухе точно попадает в эту категорию. 

Источник: https://youtu.be/XYWLxxfIqR8

Если мы посмотрим на классификацию Симонова, то сегодняшняя тема находится в категории витальных потребностей. Павел Васильевич прям так и выделял гомеостатические потребности и сюда попадает и дыхание, параметры, связанные с сердечно-сосудистой системой, терморегуляция. Сюда же он относил сон и бодрствование. Когда я увидел, что у меня получается в итоге этой лекции, я понял, что сон и бодрствование будет через неделю вместе с кое-какими другими программами, скажем, двигательными или программами свободы или игровыми. То есть следующая тема у нас будет называться «Прочие потребности», такая закругляющая тема

Источник: https://youtu.be/XYWLxxfIqR8

А сегодня мы до сна и бодрствования не доберемся, а будем в основном говорить о сердечно-сосудистой регуляции, дыхании, взаимодействии с эндокринной системой. То есть то, что повёрнуто внутрь нашего организма. Термин гомеостаз придуман в 1929 году. Его ввёл Уолтер Кеннон. Это одно из базовых понятий физиологии, оно такое же важное, как понятие рефлекса или пластичности нервных клеток. То есть такой основополагающий термин, который позволяет одним словом охарактеризовать задачу, решаемую очень большим кругом внутренних органов и регуляторных систем. То есть для того чтобы наше тело нормально работало действительно нужно, чтобы целый ряд параметров был относительно стабилен. К таким параметрам относится, во-первых, температура, то есть мы с вами теплокровные существа и вот эти 36,6 – это не просто так, это идеальная температура, при которой наши органы и ткани чувствуют себя лучше всего и плюс-минус полградуса – уже как-то нехорошо, а плюс-минус один градус – прям совсем нехорошо. Дальше давление и химический состав крови. То есть то, с какой скоростью течёт кровь, с какой скоростью, с какой интенсивностью она переносит различные вещества – это всё очень важно. А это значит параметры работы сердца, частота и сила сокращения, а это значит тонус сосудов, то есть насколько сжаты или расширены сосуды в разных частях тела – всё это очень непростые задачи, которые в основном решаются без участия нашего сознания. Потому что думать про эти 1000 км сосудов нам явно было бы недосуг. Химический состав крови – здесь, конечно, прежде всего, кислород и углекислый газ, то, что связано с нашей дыхательной системой. Но и, конечно, из витальных потребностей дыхание самое витальное. То есть 10-20 секунд и уже нам нехорошо. Куда там еда какая-нибудь, или новая информация.

То есть витальней бывает. На самом деле большинство наших внутренних органов, о существовании которых часть аудитории, наверно, вообще не подозревает, имеет некие оптимальные параметры. Например, растяжение стенок или химического состава, но уже не внутри кровяного русла, а внутри какой-нибудь полости. Всё это очень важно и всё это опирается на информацию, получаемую из внутренней среды организма. То есть для того чтобы всё это функционировало мозг должен постоянно получать сигналы от многочисленных датчиков – температурных, химических, растяжения, расположенных во всех наших внутренних органах, а кроме того и в самом мозге. То есть кое-что расположено прямо в гипоталамусе или в продолговатом мозге. И дальше, получив эту информацию, наш мозг запускает реакции. В большинстве случаев это то, что мы называем рефлекторные реакции, то есть при этом работают цепочки нейронов, организованные достаточно просто и порой врождённо. И если вдруг состояние отклоняется от идеала, то суть вот этих реакций будет в том, чтобы вернуть обратно. Подобного рода системы, которые отслеживают некий параметр и если он отклоняется, то возвращают обратно, они называются системы с обратной связью, с отрицательной обратной связью. То есть если что-то там выросло, то есть механизм «снизить», если что-то понизилось, то есть механизм «повысить, вернуть к идеалу». Вот эти обратные связи я сегодня буду в большом числе демонстрировать, рассуждая о разных системах.

Источник: https://youtu.be/XYWLxxfIqR8

Вот в очередной раз появилась эта схема, она ещё на самой первой лекции была. Я пытался показать, что нервные клетки должны быть собраны в цепи для того чтобы реализовать даже самые простые программы и выполнять самые простые задачи. Здесь, если помните, на входе сенсорный нейрон, зелёненькие – это промежуточные нейроны, а на выходе двигательный и вегетативный нейрон. Сегодня мы с вами будем в основном говорить о вегетативных нейронах, чья активность направлена на внутренние органы. И, если помните, спецификой работы этих нейронов является то, что наше сознание действительно очень слабо вмешивается в их работу и не потому, что не хочет, а потому, что не может. То есть заблокированы эти входы, чтобы не вызывать каких-то лишних ненужных колебаний и лишнего шума в жизненно важных системах нашего организма. 

Источник: https://youtu.be/XYWLxxfIqR8

Источник: https://youtu.be/tAVgCwMJDT0

Ещё раз повторяю, для того чтобы подобного рода программы реализовались, существует масса чувствительных нервных волокон, клеток, рецепторов в самых разных внутренних органах. Здесь для примера показаны рецепторы, которые находятся у нас в дуге аорты, то есть в самом главном сосуде, который выходит из нашего сердца и дальше чуть повыше это вот сонная артерия. Она разветвляется, когда ходит в нижнюю челюсть, то есть примерно вот в этой зоне, если вдоль трахеи идти.

Вот здесь ещё находится так называемый каротидный синус, каротидное тельце, вот дуга аорты. Это зоны, чрезвычайно богатые самыми разными датчиками, они реагируют на растяжение стенок сосуда, а значит на кровяное давление, они реагируют на химический состав крови. Периодически я буду об этих зонах вспоминать. 

Источник: https://youtu.be/XYWLxxfIqR8

Начнём мы разговор о вегетативной нервной системе, о её реакциях, о гомеостатических реакциях с того, что вспомним, а что там случается на уровне спинного мозга. Потому что спинной мозг всё-таки проще, чем головной и легче разобраться в тех гомеостатических программах, которые идут через него. Напомню, что если мы идём вдоль спинного мозга, то он делится на тридцать одну часть, тридцать один сегмент от шеи до копчика. Разные сегменты спинного мозга управляют разными как бы этажами тела, то есть наше тело также горизонтально, условно порезано на этажи и основная масса наших внутренних органов находится в грудной клетке, в брюшной полости и в тазовой полости. Этими этажами управляют грудные сегменты спинного мозга то, что вот на схеме показано синим, и крестцово-копчиковая зона, самая нижняя, то, что на схеме показано зелёным.

Зона жёлтенькая — это поясничный отдел, в основном работает с ногами. Красненькая – шейный отдел – с руками и шеей. А вот с органами всё-таки в основном грудной и крестцовый копчиковый отделы и там находится львиная доля вегетативных нервных клеток, которые посылают свои аксоны к внутренним органам. 

Источник: https://youtu.be/XYWLxxfIqR8

Вот так я схематично изображаю центральную нервную систему. Кружочек, который внутри – это головной мозг, мы до него ещё доберемся. А вот то, что снизу – это спинной мозг и сейчас на схеме появится то, что мы называем периферической нервной системой, по крайней мере, та часть периферической нервной системы, которая работает на выход. Есть ещё часть периферической нервной системы, которая работает на вход, это сенсорика, сенсорные органы, глаза, уши, вкус. Вот они не появятся, а появится то, что на выход, то есть управление движениями и управление внутренними органами. Управление движениями у нас реализуется через так называемые мотонейроны и система сделана так, что аксон мотонейрона, двигательные нервные клетки дотягивается сразу до мышцы. Здесь всё достаточно просто, определённо, никаких колебаний уже не должно оставаться, поскольку, когда мы выполняем движение, все предварительные операции просчитал уже сам мозг. Мышца должна быть просто исполнителем и ни во что особо не встревать.

Источник: https://youtu.be/XYWLxxfIqR8

А вот в случае вегетативных нейронов – тут всё несколько сложнее и тоньше. Начнём с того, что наша вегетативная нервная система делится на две конкурирующие части. Одна часть называется симпатическая нервная система, а вторая парасимпатическая. И большинство органов получают сигналы и от той, и от другой. Две эти конкурирующие части нужны для того, чтобы иметь возможность заставить каждый орган работать активнее или слабее, и они тянут рычаг в разные стороны. Но фокус ещё вот в чем. В случае мотонейрона аксон дотягивается прямо до мышцы, то есть здесь никаких дополнительных передаточных структур, никаких дополнительных синапсов, нейронов нет. А вот в случае вегетативной нервной системы всё сделано несколько сложнее. Те вегетативные нейроны, которые находятся в спинном мозге, их аксоны до органа сразу не доходят, по дороге ещё одна нервная клетка, которая относится уже к периферической нервной системе. А те зоны, в которых эти клетки располагаются, называются вегетативные ганглии, то есть такие маленькие симпатические либо парасимпатические мозги, которые там и сям у нас рассеяны.

Здесь, как видите, первый синапс и дальше уже аксон и этой клетки доходит до внутреннего органа. В качестве внутреннего органа я что-то вроде сердца поставил, то есть, соответственно, сердце получает сигналы как активирующие, так и тормозные через симпатическую систему и парасимпатическую. И с помощью двух этих систем можно заставить его биться чаще, сильнее или реже, слабее и подогнать его деятельность, во-первых, под текущую задачу и во-вторых, вернуть к некоему оптимальному гомеостатическому состоянию, если по какой-то причине сердце работает слишком активно или слишком слабо. Вы видите, что тут явно существует конкуренция уже на уровне органа, то есть мышца ни о чём особо не думает, она просто выполняет команды мозга, а вот тут активационные тормозные потоки сигналов прямо на органе сталкиваются. И до самого последнего момента результат их конкуренции неясен и во многом он зависит от состояния органа и, так сказать, от его мнения. Здесь система более демократичная, чем в случае с мышцами. Давайте я четче определю, что такое симпатика и что такое парасимпатика, симпатическая и парасимпатическая система. Действительно, это две конкурирующие части вегетативной нервной системы. А в свою очередь вегетативная нервная система – это блок мозга, блок нервной системы, который работает с внутренними органами. И тут ещё нужно чётко осознать, а что такое внутренний орган, если исходить из каких-то строгих определений.

Источник: https://youtu.be/XYWLxxfIqR8

В состав внутреннего органа, как правило, входят гладкие мышечные волокна, те которые не относятся к скелетным мышцам и находятся, например, в стенках желудка, кишечника, сосудов, мочеточников, бронхов. Ещё внутренним органом считается всё, что связано с железистыми клетками, то есть секреторными клетками, скажем, поджелудочная железа или потовые железы. И, наконец, в эту же категорию попадает сердце. Все эти структуры управляются вегетативной нервной системой, а сознанием практически не управляются. Что делает симпатическая нервная система и что делает парасимпатическая? Симпатика – это система, которая связана с нагрузкой и когда она включается, это означает, что наш организм тратит энергию, что идёт какой-то стресс, какая это физическая, умственная и эмоциональная активность. То есть симпатическая нервная система – это ситуация стресса и затрат энергии, поэтому эту систему называют ещё эрготропной, то есть тяготеющей к затратам энергии, а парасимпатическая система – это система так называемая трофотропная, «трофос» — «питание», то есть система, тяготеющая к накоплению запасов энергии, к накоплению каких-то ресурсов, запасных веществ. И её задача – восстанавливать эти самые запасы после нагрузки и идеальные для неё условия – это то, что называется спокойное бодрствование, но не сон, пожалуйста, не путайте.

Во сне и симпатика и парасимпатика работают плохо, отдыхают. Поэтому если вы слишком поздно поужинаете, вы можете проснуться утром со вчерашней едой в желудке. Просто желудок тоже отдыхал. В конце концов, надо же ему отдыхать, поэтому не рекомендуется совсем перед сном есть. И если представить или фантазировать некую ситуацию, при которой максимально активна симпатика, то это действительно какой-то сильный стресс. Скажем, вы с тяжеленным чемоданом опаздываете на поезд. То, что с вами творится – это симпатические эффекты. А парасимпатические – это некий идеальный отдых. Представьте себе, что вы вторую неделю отдыхаете в отеле «всё включено». Значит, парасимпатика – это ситуация полнейшего отдыха. Вот вы где-нибудь действительно отдыхаете, в тёплых краях, но не в Турции, конечно, не в Египте, в каких-то более гостеприимных краях. Только что прекрасно позавтракали, лежите под пальмой с коктейлем и самая большая проблема – а что такое съесть на обед? Вот в этой ситуации, казалось бы, все органы отдыхают, расслабляются, а вот и нет – огромная система под названием желудочно-кишечный тракт переваривает и запасает, переваривает и запасает, потому что она всё время думает «вот-вот наступят чёрные дни, что мы будем делать?». И, конечно, работают почки, которые чистят организм. Поэтому, что получается с функциями симпатики и парасимпатики? А всё получается не очень просто. Получается, что те органы, которые активны во время стресса, возбуждает симпатическая система и успокаивает парасимпатическая. А те органы, которые работают на восстановление сил, наоборот, их активирует парасимпатическая и тогда тормозит симпатическая. То есть две эти системы по любому конкуренты. Но говорить, что симпатика всё активирует, а парасимпатика всё тормозит – совершенно неверно. Всё несколько сложнее.

Таким классическим органом, который активируется во время стресса, является сердце и симпатическая система заставляет его биться чаще и сильнее, а парасимпатическая, соответственно, тормозит. А вот весь огромный желудочно-кишечный тракт, а это слюнные железы, желудок, 6 метров кишечника, печень, поджелудочная железа – вот всё это активируется парасимпатической системой и тормозится симпатической.

Источник: https://youtu.be/XYWLxxfIqR8

Здесь в качестве примера показаны такие как бы качели. Мне понравилось такая карикатура. То есть стресс – симпатика. Как легко запомнить, на одну букву начинается стресс и симпатическая. И покой – парасимпатическая, на букву П. Вот так запоминают даже средние школьники, но я думаю, вы тоже сможете запомнить. Это понятно и звучит красиво. Ещё раз повторяю – две эти системы должны конкурировать на уровне органа, а на уровне ЦНС они должны независимо считать разные параметры, учитывать разные факторы. Поэтому если мы смотрим на анатомию нашего мозга, мы видим, что симпатические и парасимпатические нейроны находятся в разных зонах спинного мозга, а парасимпатика здорово залезает в головной мозг.

Источник: https://youtu.be/XYWLxxfIqR8

Вот опять схематичное изображение центральной нервной системы и вот я показал симпатические области, и они занимают грудные сегменты. И внутри этой зоны грудных сегментов можно выделить четыре этажа, связанные с управлением разными внутренними органами. Не 31 как в случае мышц, кожи, а, так сказать, погрубее, четыре этажа. И это органы головы, грудной клетки, брюшной полости и тазовой полости. Важно представлять, о каких конкретных конструкциях у нас в организме идёт речь, потому что мы говорим «орган», а что это? Это либо гладкие мышечные клетки, либо железы, либо сердце. Что из этого есть в голове? Конечно, слюнные железы, слёзные железы, а ещё зрачок и мышца, которая меняет форму хрусталика. Вот это органы, которыми управляет вегетативная нервная система. Что в грудной клетке? Бронхи и сердце, то есть трубочки, ведущие в легкие, их диаметр и работа сердца. Что в брюшной полости? В основном желудочно-кишечный тракт во всей его красе. Ну и наконец, тазовая полость, органы таза – это нижняя часть желудочно-кишечного тракта и мочеполовая система, которая тоже крайне непроста. Плюс на всех этажах есть сосуды и на всех этажах есть потовые железы. В итоге хозяйство большое, хлопотное. Ещё раз говорю, что, слава Богу, что сознательно это ничего не надо контролировать, а то бы мы быть только и занимались, что говорили: «Пожалуйста, восьмой метр кишечника, почему так слабо работаешь? Поактивнее сокращайся, что там затор какой-то?». У нас столько творческих задач, нам же не до кишечника. Да и честно сказать, нейроны на местах лучше справятся со всем этим, чем головной мозг. А вот парасимпатика. Она разделена на две зоны. Большинство парасимпатических нейронов находятся в головном мозге и немножечко в крестцовых сегментах. Те, которые в крестовых сегментах, работают с органами таза, а те, которые в головном мозге — с органами головы, грудной клетки и брюшной полости.

Те циферки римские, которые написаны — это номера черепных нервов, через которые идёт сигнал. Вообще у нас 12 пар черепных нервов. Например, 3-й нерв управляет зрачком хрусталика, 7-й и 9-й управляют слюнными железами. Но самый главный, просто монстр вегетативной регуляции – это нерв номер 10. Он называется блуждающий, по латыни vagus, и в своё время, когда его анатомы описывали, они были удивлены, насколько широко он ветвится. То есть нерв выходит из головного мозга, спускается вдоль пищевода по шее и дальше ветвится во всей грудной клетке и брюшной полости. Огромный, как будто он заблудился, поэтому блуждающий нерв. И это важнейший наш парасимпатический нерв. Ещё раз – что делает парасимпатическая система? Ослабляет работу сердца, снижает, стало быть, кровяное давление, активирует ЖКТ, сужает зрачок, сужает бронхи. А симпатика всё наоборот – расширяет зрачок, расширяет бронхи. В принципе это даже заучивать не нужно.

Если вы знаете что симпатика — это стресс, то ответ на вопрос – а что делает она с бронхами, достаточно логичен. То есть когда стресс – нам нужно больше воздуха, значит надо больше воздуха, значит надо бронхи расширять. Когда стресс нужно, чтобы больше информации попадало в глаз, будем расширять зрачок. Как всегда всё несколько сложнее, чем я пытаюсь описать. Часть органов все-таки имеют одинарную иннервацию, с ними работает только симпатическая нервная система. Достаточно только её влияний для большинства сосудов и симпатика сужает сосуды и тем самым поднимает кровяное давление. Потовые железы подчиняются только симпатической нервной системе и, наконец, надпочечники, а точнее их мозговое вещество, которое выделяет адреналин, тоже подчиняется только симпатической системе. Поэтому получается, что правильно говорить так – большинство органов управляются и той и другой системами, но часть всё-таки только симпатикой.

Источник: https://youtu.be/XYWLxxfIqR8

Здесь разные варианты изображения, здесь показана одновременно и симпатическая система и парасимпатическая. И парасимпатическая – это синие линии из головы, а вот снизу, а симпатическая – это разнообразные красные линии. Обратите внимание на эти самые симпатические ганглии, они идут рядом со спинным мозгом в большинстве своём и ещё дополнительно соединены друг с другом. Поэтому часть рефлекторных дуг даже в спинной мозг может не заходить, а идти через симпатические ганглии прямо обратно к органу. Даже спинной мозг порой не грузится проблемами управления гомеостазом и опять же это хорошо. И такая ещё маленькая ремарка – большинство симпатических ганглиев находится рядом со спинным мозгом, рядом с позвоночником, если быть точным.

Вот тут показана картинка – это спинной мозг, позвонок и вот где идёт эта симпатическая цепочка, то есть прямо по границе позвонков. Но часть симпатических нейронов, которые находятся в ганглиях, они не здесь, а чуть подальше – это солнечное сплетение и два так называемых брыжеечных сплетения, которые у нас находятся внутри брюшной полости. То есть симпатические ганглии в основном находятся поближе к спинному мозгу, а вот парасимпатические – в основном в стенках органов, по месту, то есть они тяготеют к самим органам. Понятно, что все эти нервы исходно выходят из спинного мозга и должны протискиваться между позвонками. А позвонки у нас порой как-то не так встают и поэтому состояние позвоночника в итоге жутко важная штука. Потому что если позвонки из-за какого-нибудь там сколиоза съехали на сторону, то всегда, к сожалению, есть шанс, что они нажмут на веточку какого-нибудь нерва и у вас изменится кожная чувствительность или будут проблемы с какой-то мышцей. А в случае вот нашей сегодняшней истории – проблемы с каким-то внутренним органом. Потому что если, например, с грудных сегментов идёт управление состоянием желудка и соответствующий нерв придавлен, то дальше желудок может, например, начать выделять больше пищеварительных ферментов, а в итоге возникнет гастрит. И вы будете лечиться от гастрита и от болей в желудке, на самом деле проблемы в спине.

Источник: https://youtu.be/XYWLxxfIqR8

То есть когда говорят, что половина проблем от спины – это в общем, не очень большое преувеличение. И подобного рода проблемы – это плата за наше прямохождение. Как известно, обезьяны встали на задние лапы не очень давно, максимум может быть 10 млн лет назад, а это с эволюционной точки зрения не самый большой срок. Встали мы на задние лапы, понятное дело, для того чтобы взять палки в руки, камни и отбиваться и завоевывать этот мир. Но платим мы за это достаточно тяжёлую цену. Есть целый ряд проблем, связанных с прямохождением и проблем, которые эволюция до сих пор толком не решила. Одна из них – это кривая спина, вторая – это варикозное расширение вен ног, потому что получается большое давление в ногах из-за прямохождения. И третья проблема – это роды, потому что изменилась структура таза для того чтобы ходить на задних лапах, а в итоге голова ребёнка с трудом пролезает и что делать с этим – непонятно, потому что голова нужна побольше, чтобы умней был, а кости тазовые твёрдые. В любом случае я призываю вас с вниманием относиться к собственной спине, потому что действительно с искривлением позвоночника связаны те ощущения, когда с внутренними органами что-то не так. Все эти лордозы, кифозы, сколиозы вам известные, нас постоянно подстерегают, хотя бы из-за нашего сидячего образа жизни.

Источник: https://youtu.be/XYWLxxfIqR8

Если посмотреть в сколь разнообразных позах сейчас люди сидят в аудитории, то о каком прямом позвоночнике может идти речь? А некоторые между прочим уже сидят так рефлекторно, потому что если они сядут прямее, тогда заболит. А вот если вот так изогнуться, то вроде не больно. Есть такая штука у нашего организма, что если что-то болит, мы перестаем эту функцию выполнять и вроде как здоровы, а на самом деле мы просто замаскировали проблему. И уж тем более надо относиться с нежностью к позвоночнику, когда мы даём нашему телу какие-то физические нагрузки. Особенно шейные позвонки, они ведь самые маленькие, они совсем крохотные. И когда человек встает на голову, то просто страшно, что там с ними может произойти. Конечно, если вы сначала полгода качали мышцы шеи, то это ничего, а если вдруг сегодня утром решили стать йогом и уже на голове стоите, то что-нибудь хрястнет и всё. И будете долго лечиться. Так что, пожалуйста, к спине понежнее и прислушиваетесь, чуть что – к костоправу или хотя бы на турник. То есть повиснешь на турнике и так все кости как ксилофон, так хрусть, хрусть, хрусть. И вроде полегче.

Итак, вегетативная нервная система работает с нашими внутренними органами. Ещё раз – симпатика и парасимпатика. На этой картинке вы видите, что отдельно изображены, также как я рисовал – справа парасимпатическая часть, слева симпатическая. Вот видите тут зрачок, слюнные железы, бронхи, сердце, желудочно-кишечный тракт, мочевой пузырь – всё это контролируется на пару. И важно понимать, что на химическом уровне это тоже разные системы. То есть, если симпатические и парасимпатические сигналы конкурируют на уровне какого-нибудь внутреннего органа, то понятно, что симпатические и парасимпатические синапсы, скорее всего, должны использовать разные медиаторы. Иначе, а как, собственно, будут решаться вопросы конкуренции? Одно вещество, один медиатор, скажем, симпатическая нервная система будет нести активационный сигнал, а парасимпатической – тормозный или наоборот, всё зависит от органа. И действительно, на медиаторном уровне, как правило, мы видим, что парасимпатическая система передаёт свои сигналы с помощью вещества, которое называется ацетилхолин. А симпатическая нервная система – с помощью вещества, которое называется норадреналин.

Источник: https://youtu.be/XYWLxxfIqR8

Норадреналин вам уже знаком, он в головном мозге работает во время стресса и он же, конечно, медиатор симпатической нервной системы и на периферию несёт стрессовой сигнал. В этом смысле норадреналин везде поспевает, очень мощно связан со стрессом, с нагрузкой. И если мы хотим управлять внутренними органами, а мы хотим ими управлять. Сознательным посылом мы не можем сказать сердцу «бейся реже», по крайней мере, если вы 20 лет не медитировали где-нибудь на красивом холме, а таблеточка была бы очень уместна. Потому что есть, например, аритмия или гипертония, очень распространенная проблема. И если не справляться с гипертонией, уже инфаркт и инсульт не за горами. Я понимаю, что вам это кажется мало актуальным, а с другой стороны у вас есть родители, а уж тем более бабушки, дедушки. Посмотрите, как им приходится всерьёз заботиться о сердце и это неспроста. Именно сердечно-сосудистая система является самой слабой в каком-то смысле системой нашего организма. Она просто быстрее всех портится, потому что всё время работает, то же сердце раз в секунду сокращается, сокращается, сокращается и так всю жизнь. Представьте, если вам надо было отжиматься раз в секунду. Вот вы живёте в режиме «упал-отжался, упал-отжался» и так раз в секунду. И так 50 лет, а лучше 100. Ничего себе! А сердце работает именно в таком режиме, поэтому неудивительно, что оно изнашивается, что изнашиваются сосуды, по которым всё время под серьёзным давлением течёт кровь. Поэтому, конечно, колоссальна потребность в лекарственных препаратах, которые бы имитировали эффекты симпатики и парасимпатики. Сотни миллионов людей во всём мире, а может даже миллиарды используют эти препараты и чуть ли не ежедневно. Прежде всего, конечно, для того чтобы контролировать работу сердца, а ещё бронхов, а ещё кишечника, а ещё половой системы и так далее, и так далее. Так случилось, что эволюция растений нашла довольно много токсинов, влияющих на симпатический и парасимпатический синапсы. Это вполне понятная задача. По-моему я вам о ней говорил, о том, что растения создают такие токсины, чтобы отбиваться от травоядных. 

Источник: https://youtu.be/XYWLxxfIqR8

И, соответственно, растения создают эти токсические вещества для того чтобы животные их меньше ели, а лучше вообще не ели. Съел один раз, отравился, запомнил, как этот цветочек выглядит, и больше никогда не прикасаешься. А то, что мы называем народная медицина, собственно, эти токсические эффекты использует. Если взять вещество, например, останавливающее сердце и разбавить его в сто или в тысячу раз, а может понадобиться в миллион раз разбавить, то мы можем получить препарат против гипертонии, который будет заставлять сердце работать чуть слабее. Если, например, токсин вызывает судороги, то можно его как следует разбавить и получить психостимулятор. Соответственно, на основе токсинов растений и были созданы первые препараты, с помощью которых можно регулировать гомеостаз и помогать нашему мозгу решать вот эту витальную проблему. Вот примеры некоторых из этих веществ.

Имитирует эффекты парасимпатической системы вещество, которое называется мускарин, это токсин мухомора. Соответственно, понятно, что хорошая доза мускарина остановит сердце. Само название «мухомор» говорит, что вряд ли это вещество полезно для мух, ну и для людей тоже. А есть вещество, которое мешает работать ацетилхолину. Вот те, которые работают, как медиатор называются агонисты медиатора, а те, которые работают поперёк, то есть мешают, они называются антагонистами. Вот классический антагонист ацетилхолина, называется атропин. И, как вы понимаете, он может вызвать такое сердцебиение, что сердце буквально выйдет из строя. Почему? А потому что на сердце сходятся симпатические и парасимпатические влияния, и если вы атропином выключите парасимпатику, то тут-то симпатика себя и покажет. Баланс будет катастрофически нарушен, сердце начинает биться с частотой 150-200 ударов в минуту, а тут уже и до инфаркта недалеко. Уж, по крайней мере, хорошего самочувствия точно не будет. Ещё зрачки, например, ужасно расширяются. Атропин – это известный токсин паслёновых растений, например, белены или белладонны, или дурмана. Никотин – это тоже вещество, похожее на ацетилхолин, но специфика нашего организма такова, что он в основном влияет на головной мозг и поэтому, наверное, сегодня я о нём особо рассказывать не буду, а на 12-й лекции немножко расскажу. Пока просто запомним, что никотин – это тоже что-то похожее на ацетилхолин.

Справа вы видите эти молекулы. Сам ацетилхолин и вот мускарин, никотин, атропин. То есть здесь вот есть такой атом азота, вокруг которого всё вертится. И этот атом, этот мотив повторяется и в молекуле мускарина, и в молекуле никотина, и в молекуле атропина. Соответственно, для того чтобы воздействовать на белки-рецепторы, реагирующие в свою очередь на медиатор. А вот внизу норадреналин нарисован и похожие на него молекулы адреналина. То есть они действительно очень похожи, отличие только в этой небольшой метильной группе. Норадреналин – это медиатор симпатики и ещё голубого пятна, надеюсь, вы не забыли. Адреналин – это, соответственно, гормон мозгового вещества надпочечников, но при этом они действуют примерно одинаково, вызывают симпатические эффекты. Норадреналин – короткие и мощные, а адреналин – длительные и пролонгированные. И если мы хотим лечить, например, гипертонию нам нужны вещества, мешающие адреналину и норадреналину, то есть их антагонисты. И эти вещества – действительно важнейшие лекарственные препараты, например, Атенолол. А если мы используем вещество похожее на норадреналин, мы получаем кардиостимуляторы, такие тоже нужны для того, чтобы сердце билось активнее и, конечно, подобные вещества нужны, чтобы расширять бронхи при астме.  Есть такие баллончики, наверное, видели, когда люди ингалируются. Или сужают сосуды кожи и слизистых, если у вас насморк. 

Итак, сегодня уже девятая лекция, то есть явно Новый год не за горами. Ну и сегодня такая весьма сложная тема, касающаяся социального взаимодействия. Тут была тема про зеркальные нейроны, а это тема посвящена тому, а кто, собственно, оказывается в некоем коллективе лидером и по каким причинам, и что он должен для этого сделать, и где сидят те нервные клетки, которые формируют это стремление лидировать. Потому что лидировать — это одна из важнейших биологических программ, и мы порой видим, как даже там какой-нибудь двухлетний ребёнок пытается построить своих родителей и иногда, кстати, достигает успеха. То есть на самом деле это очень базовая программа в нашем обезьяньем поведении. И в итоге у всех у нас это где-то внутри спрятано и для многих это значимо и тогда такие люди, соответственно, стремятся стать лидерами, ну хотя бы там в своей песочнице или в коллективе друзей, или на работе, в семье, и по-крупному в каком-нибудь большом коллективе или в государстве.

Источник: https://youtu.be/h-vaM1KbsBs

То есть стремление лидировать – это важнейшая программа и её дополнение, а можно сказать, вторая половина – это стремление подчиняться. То есть найти такого замечательного вожака и лидера, про которого можно сказать: «Вот он, наш батюшка. Ведёт нас к счастливому будущему». И тогда уже адресовать ему все наши чаяния, усилия. И это тоже порой приносит мозгу счастье или, по крайней мере, позитивные эмоции, также как и лидерство. То есть программа, связана с тем, чтобы стать лидером и с тем чтобы подчиняться избранному вожаку – вот мы об этом, собственно, и будем говорить. Если брать человеческое общество, то на всех уровнях мы это можем наблюдать, и в первобытном сообществе и вот, пожалуйста, в средние века и в современных коллективах.

Источник: https://youtu.be/h-vaM1KbsBs

Образ вожака и лидера он весьма характерен, если взять такой архетип, то это вот такое властное, порой весьма агрессивное существо, на которое все взирают с трепетом, с таким безусловным повиновением. Здесь, конечно, выражение лиц людей сверху вполне характерный, но тот действительно трепет, который на обезьяньих мордах, он просто потрясающий. Вожак сейчас что-то скажет, все превратились в слух. Программы, которые связаны с лидированием и подчинением, конечно, относятся к группе зоосоциальных программ. Ну, собственно, мы всё время отталкиваемся от классификации Павла Васильевича Симонова и периодически попадаем в витальные программы, как в прошлый раз или в программы саморазвития в случае исследовательского поведения или подражательного поведения. Ну а сегодня, конечно, это зоосоциальные программы, то есть программы, которые регламентируют взаимодействие особей внутри одного биологического вида. И к этим программам относятся половое поведение, детско-родительское и в частности территориальное, которое мы в прошлый раз обсуждали, как бы так немножко я его пристегнул к агрессии, если вы так заметили и иерархия, то есть взаимодействие между вожаком и подчинённым. Вот это, собственно, и будет сегодняшней нашей темой.

Источник: https://youtu.be/h-vaM1KbsBs

Итак, откуда же берутся лидеры? Есть разные причины и поводы и самый простой повод – это быть лидером по рождению. Ну, вот так звезды сложились, что именно этот человек, именно этот кролик или там именно эта пчела является лидером, царицей, командиром и всё такое прочее. Как раз вот очень характерным примером являются общественные насекомые, у которых, скажем, в случае пчел, шмелей или термитов царь, царица – царь это та исходная пара насекомых, которые основали гнездо и дальше их потомки, как правило, бесплодные самки работают на то, чтобы вся эта система существовала, крутилась и, безусловно, подчиняются вождям. Ну, и надо сказать, что, как и всякая система, а как бы семьи, сообщества общественных насекомых они, конечно, прошли соответствующую эволюцию и всё начинается просто с одиночных самок, которые абсолютно как бы без всякой помощи делают гнёзда, собирают нектар или там каких-нибудь гусениц ловят, кормят своих личинок. То есть всё начинается с одиночных пчёл. Потом возникают сообщества типа шмелиных, когда самка является основателем этой самой семьи, выкармливает первых рабочих шмелей, потом эти рабочие помогают ей выкармливать новых рабочих, то есть всё больше и больше, но осенью всё прекращается и все умирают, то есть это однолетняя семья.

Апофеозом являются семьи, которые существуют годами, а иногда и десятилетиями, ну и тогда, соответственно, царица матка безраздельно правит. Конечно, особенно впечатляют термиты и медоносные пчёлы. Тем более что у медоносных пчёл есть такой интересный обычай, когда появляется новая матка, старая оставляет ей и всё наследство и с половиной рабочих пчел улетает чтобы основать новый улей. То есть всё как бы очень так интересно и здорово сконфигурировано. Как идет подчинение членов такой семьи? А ведь там порой весьма сложное разделение функций, кто-то строит гнездо, кто-то добывает пищу, кто-то защищает улей, кто-то разведчик и так далее. Управление идёт как бы так на химическом, на гормональном уровне. То есть члены подобного сообщества всё время обмениваются пищей и вместе с пищей передаются гормоны, которые, собственно, и направляют сначала развитие особей, например, превращение личинки в бесплодную самку, если не будет такого сигнала, то получится будущая царица, а будет – то получится, соответственно, бесплодная самка, рабочая особь. А потом уже эти же сигналы управляют общим уровнем активности, специализацией особей и так далее, и так далее.

Источник: https://youtu.be/h-vaM1KbsBs

Это явление названо трофаллаксис и сейчас довольно неплохо изучено. В основном действительно это гормоны, которые передаются, что называется изо рта в рот. И существуют специальные железы, которые выделяют эти гормоны, они соседствуют со слюнными железами, и плюс какое-то количество сигналов передаётся на обонятельном уровне уже как обонятельные феромоны.

Очень интересна история, когда химическое вещество подчиняет себе работу мозга и создаёт некого специализированного члена сообщества. И такой сложный мозг, как мозг млекопитающих подобным сигналам, конечно, не очень подчиняется, хотя вы увидите примеры, которые показывают, что всё-таки в каких-то пределах такое возможно. А вот у насекомых это в порядке вещей. Там довольно несложная нервная система и заставить её стать рабочим или там защитником, или разведчиком вовсе не так сложно.

Более того есть примеры ещё более экзотических воздействий химических соединений на поведение насекомых, но они уже используются не царицами и царями сообществ, а, скажем, паразитами. То есть для насекомых, для членистоногих показано существование, например, паразитических червей, которые выделяют химические вещества, управляющие поведением, ну, скажем муравья. И днём этот муравей работает на благо семьи, но под вечер вот этот червячок, который внизу нарисован, выделяет такое соединение, что муравей забывает вернуться в муравейник, залезает на травинку и застывает на её вершине. Зачем? А должна прийти корова и его съесть вместе с этой травинкой и тогда червячок попадёт в желудок, в кишечник коровы и начнётся следующая стадия его развития. Вот подобного рода зомбирование химическое – это, конечно, потрясающая штука.

Источник: https://youtu.be/h-vaM1KbsBs

Сейчас энтомология знает довольно много примеров, в основном это действительно относится к насекомым, хотя есть и в случае ракообразных подобные ситуации такого химического управления. Ну, ещё раз повторяю, что у млекопитающих, казалось бы, слишком сложный мозг для подобных манипуляций, но, тем не менее, примеры тоже существуют и одним из этих примеров является голый землекоп. Насколько я помню, мы его так периодически упоминаем, уж больно необычное это существо. И в частности это такое почти единственное колониальное млекопитающие с семьей, очень похожей на действительно какой-то пчелиный вариант, когда существует только единственная плодовитая самка, при ней 2-3 фертильных, то есть способных оплодотворять её самца, а все остальные члены сообщества находятся под феромональным контролем царицы. В основном это идёт через отходы её обмена, там такие общественные туалеты существуют в этой колонии и все обязаны посещать и получать свою дозу феромонов. И дальше, находясь под влиянием этих феромонов, рабочие особи голых землекопов делают то, что им положено, то есть копают землю в поисках гигантских редек, по-моему, я о них рассказывал. Голые землекопы живут в Эфиопии, там пустыни и каменистая такая земля, твёрдая и им приходится рыть эту землю в поисках вкусных корешков и мечтой и всякого голого землекопа является найти вот такую гигантскую редьку. И тогда этой редьки семье хватает на две недели. Поэтому основная их жизненная цель – копать пока не найдёшь редьку.

В принципе феромонов вполне на такую жизненную цель хватает. Вот при этом у землекопов много чего очень странного, скажем, они не чувствуют боль, они очень долго живут, хотя что это за жизнь такая ну и так далее. Если вдруг самка царица погибнет или заболеет и перестанет выделять правильные феромоны, произойдёт переворот. То есть в отличие от рабочих пчёл, где гормоны царицы намертво блокируют все притязания остальных членов улья, так сказать, раз и навсегда, здесь, если пропал феромональный контроль, тут же наиболее крупные самки высвобождаются от этого гипноза и начинают воевать с собой. И та, которая всех загрызёт, станет новой царицей.

Подобная же ситуация наблюдается и вот у этих симпатичных существ, они называются игрунки, это очень маленькие обезьянки. Детёныш сидит на пальце человека, то есть насколько это крошечное существо. Местное название – уистити. И вот эти самые уистити они примерно такой же образ жизни ведут, в том смысле, что в небольшой стае, в которой, скажем, 10-15 членов, размножается только доминирующая пара, а все остальные являются бесплодными и находятся под её феромональным контролем. Ну и если что-то случится или с доминирующей самкой или с доминирующим самцом, то тогда происходит смена верхушки и опять получится доминирующая пара, которая продолжит править, а остальные обезьянки помогают воспитывать детёнышей, отыскивают пищу, опять же там следят за приближением врагов, в общем вот такая вот ситуация.

Источник: https://youtu.be/h-vaM1KbsBs

Ещё примеры из позвоночных. Довольно часто рыбы живут стаями и в таком случае мы видим существование доминирующей самки, доминирующего самца. Тут по-всякому. Вот сверху нарисованы рыбы-ангелы. Они образуют что-то вроде гарема, то есть доминирующий самец и при нём там полтора десятка самок. Но ведь это рыбы, у них есть свои собственные возможности, поэтому если доминирующий самец гибнет, то ему на смену приходит не другой какой-то самец со стороны, а самая крупная самка меняет пол и становится самцом доминирующим. А вот рыбы-клоуны, вот этот симпатичные Немо, которые всем по мультику знакомы, у них в стае основная самка и опять-таки она за счёт своих феромонов давит остальных самок и при ней несколько самцов, ну примерно как у голого землекопа. И если доминирующая самка погибает то, соответственно, самый крупный самец меняет пол и становится самкой. Ну, это вот такая рыбья специфика. Рыбы в этом смысле очень разнообразны, вплоть до того что существует рыбы практически гермафродиты, то есть у них правая половая железа яичник, левая – семенник и они одновременно и мечут икру и её оплодотворяют, но не совсем одновременно скажем, утром она самка, а вечером самец. Или утром самка, в обед самец, а вечером опять самка.

Источник: https://youtu.be/h-vaM1KbsBs

Итак, если мы говорим о лидерах в какой-нибудь пчелиной семье или семье термитов там всё понятно. Там самка, которая основала всё это королевство, она, конечно, главная. А вот уже у голых землекопов, у рыб или вот этих самых уистити периодически происходит смена начальника. Это гаремная система. И у льва обычно десятка львиц и их детёныши. Надо сказать, что царствование льва-самца, как правило, длится не очень долго. То есть 3, 4, 5 лет. Настолько жесткая конкуренция. Потому что вокруг прайда всё время ходят молодые наглые самцы, готовые помериться силами с хозяином прайда. Ну и в тот момент, когда он не сможет победить очередного претендента, власть сменится. То есть здесь явно работает физическая сила, причём порой мы наблюдаем как несколько молодых самцов, 2-3 молодых самца, объединившись, изгоняют старого хозяина. И дальше только один из этих самцов становится доминантом и спаривается с самками, а его товарищи или там два товарища они в прайде, но они не размножаются, а выполняют скорее охранную функцию или охоту и так далее, и так далее. В любом случае, здесь очень важна физическая сила, что для человеческого общества работает, мягко говоря, не всегда. Конечно, приятно, если вожак вашего племени – это двухметровый гигант, косая сажень в плечах и всё такое, но порой мы видим среди лидеров довольно мелких существ, которые показывают, что дело не всегда в размере.

Источник: https://youtu.be/h-vaM1KbsBs

Здесь вы видите всего-навсего персонажей из истории нашей страны, то есть два представителя династии Романовых. Я так специально поиграл немножко с увеличением, чтобы более-менее они соответствовали реально по росту друг другу. И, соответственно, два с небольшим, и так сказать, полтора метра кепкой. Тем не менее, эти люди сыграли огромную роль в истории нашей страны, в жизни миллионов людей, поэтому, конечно, дело далеко не только в росте, когда речь идет о сложном социуме, по-настоящему сложном, ни о каком-то незатейливом гареме, а об огромной стае со сложной иерархией. Здесь всё оказывается далеко не так просто и действительно многие великие люди прошлых эпох были совсем небольшого роста, но и недаром, анализируя все эти ситуации, Альфред Адлер придумал термин «комплекс неполноценности». Адлер, как известно, это такой ученик Фрейда, который как всегда придумал что-то не понравившееся учителю. В итоге произошёл раскол. И если Фрейд всё больше делал упор на либидо, а потом ещё на танатос, то есть на смерть, стремление к смерти, то есть пока он был помоложе, у него всё больше либидо было, а потом он всё больше о смерти писал. А Адлер, соответственно, сделал упор на агрессивность, агрессию и стремление лидировать и писал о том, что вот у человека есть комплексы и именно борьба с ними подталкивает нас к тому, чтобы что-то такое совершать. И вот одним из таких комплексов являются какие-то физические недостатки или маленький рост и это делает многих людей очень активными ну и, соответственно, тут вот вы видите рост Наполеона 151, Александра Македонского 150. Всё это достаточно интересно. Хотя если взять большую статистику, то на самом деле получится у вождей вполне себе средний рост. Ну, это надо взять много вождей.

Источник: https://youtu.be/h-vaM1KbsBs

Итак, в целом прямая зависимость от размеров и физической силы работает только в относительно простых ситуациях, когда мы имеем дело с несложными сообществами, несложными стаями, социумами. Поэтому для того чтобы дальше двигаться полезно вообще понять, а какие бывают стаи. Вариант номер один – однородные стаи или анонимные стаи. Скажем, собралось вместе 10 кур, или 20 воробьёв, или 7 подростков, которые растут в этом дворе. Вот они собрались вместе. В такой стае на время лидером может стать любой и как раз в этой ситуации физические данные порой особенно значимы. Но если это сложная стая, большая, ставящая перед собой сложные задачи, то тогда успех вожака зависит от того, насколько в целом деятельность стаи оказывается успешной. И члены стаи, которых может быть не 3-4, а 50 или там 500, оценивают успех вожака, по тому, а как удалось достичь цели. И если вожак даже очень большой и сильный, то, что он сделает против 500 недовольных подчинённых? И поэтому, начиная с какого-то уровня физические данные вожака уже не так важны, а важно то, насколько он умеет взаимодействовать с другими особями, управлять их поведением и в итоге насколько в принципе действительно деятельность стаи оказывается успешной.

Источник: https://youtu.be/h-vaM1KbsBs

То есть первый уровень – это однородные стаи. Например, плывёт 100 селедок и вот в данный момент одна селедка поплыла направо, все за ней поплыли, и вот на две секунды она стала лидером. А вот более сложный уровень – это стаи уже с более-менее длительно существующими вожаками, но, тем не менее, стаи временные. Они характерны для миграции. Скажем, летят гуси на юг и там старая гусыня их ведёт и все понимают, она самая умная и знает, куда лететь. Или вот, например, миграция оленей. То есть идут 1000 животных и опять-таки очень часто их ведет старая мудрая самка, вовсе не самая сильная физически, но зато прекрасно знающая, где переправиться, где привал сделать, где хищники спрятались. Это оказывается жутко важно.

Итак, однородные стаи, стаи с вожаками, но временные и самый сложный уровень – это постоянные стаи, в которых мы видим иерархию членов сообщества, то есть вожака и несколько уровней подчинённых. И вот тогда, как правило, такие стаи имеют постоянную территорию, то есть для них начинают работать принципы территориального поведения. Они охраняют эту территорию и вообще решают массу разных задач совместно. И ещё раз повторяю, что вот тут вожаку и сложнее всего. Потому что здесь уже не сила его играет, а то, как он управляет стаей в целом, насколько стая в целом достигает успеха и если она не достигает успеха, то напряжённость начинает расти и тут уже до восстания недалеко.

Зачем вообще организмы собираются в стаи? Мне кажется, мы про это уже говорили, но в общем, не грех повторить. То есть когда вместе оказывается 5, или 50, или 500 особей целый ряд задач решается успешнее. С большей вероятностью находится пища, с большей вероятностью обнаруживаются хищники, коллективная охота возможна. Ну, в общем, масса разных бонусов получается. Поэтому организмы весьма охотно собираются в стаи. И вот здесь в качестве примера показано, что чайки выслеживают рыбу стаей, потому что после того как одна из них увидела рыбий косяк, то рыбы всем хватит. То есть когда охота идёт не на одиночную добычу, а на некое скопление, здесь удобно охотиться стаями. Удобно замечать хищника. Это характерно для африканской саванны, когда зебры смотрят, не подкрадывается или кто-то в траве, а жирафы смотрят на полтора километра, не прячется ли кто-то на деревьях. И вместе получается такая система оповещения, что, в общем, не так легко их застать врасплох. И более того, если вместе собрались копытные, то они могут дать хищнику очень серьёзный отпор. Вот это милая фотография льва, который в панике залез на дерево, а рядом ходят такие не дружелюбные буйволы, она вообще показывает, что даже самому мощному хищнику против таких злобных копытных, в общем, довольно сложно совладать.

Источник: https://youtu.be/h-vaM1KbsBs

Таким образом, стая – это здорово. Ну и дальше, конечно, эволюция начинает искать оптимальные способы организации этой стаи, то есть пути для того чтобы сделать стаю более эффективной. И вот тут-то и оказывается, что очень хороший путь повышения эффективности стаи – это создать её иерархию. То есть действительно выстроить такое социальное взаимодействие, чтобы возник вожак, несколько уровней подчинённых, разделение функций и вот такая стая будет эффективнее не только по сравнению с одиночными особями, но и по сравнению, скажем, с однородной стаей. То есть иерархия, разделение функций имеет массу преимуществ ну и, соответственно, эволюция использует эти пути. Хотя надо сказать, что примеров сложных, иерархически организованных стай не так уж и много. То есть в основном мы их видим у высших млекопитающих, таких как обезьяны, дельфины, слоны, сурикаты, гиены. Но в принципе примеров не так уж много. То есть нужен очень серьёзный мозг для того, чтобы вот такое случилось. Выходит, что собравшись в стаю, высокоорганизованные млекопитающие реально начинают зачастую выяснять отношения, выстраивать иерархию. Это врождённая программа, то есть стремление быть главным. И здесь начинают играть и взаимодействовать самые разные врождённые программы, вставленные в мозг. Это и программы, например, подражания, эмпатия, зеркальные нейроны и программы стремления к взаимному контакту, начиная с детско-родительского взаимодействия и, конечно, очень важный компонент – это агрессия. То есть агрессия, о которой я рассказывал неделю назад, она и здесь тоже очень значима, то есть не только тогда, когда существо подвергается некоей опасности, не только когда не хватает еды или территории, но и когда не удовлетворяется потребность лидировать. Вот тогда агрессия порой выходит вперёд ну и во многом определяет вот это самое выстраивание иерархии. И поэтому всё-таки фактор и физической силы, и размера тела остаётся значимым, хотя в принципе существо вполне среднего размера за счёт своей агрессивности может пробиться в лидеры. Ну, а какой-нибудь большой, но добродушный увалень никогда лидером не станет. Тут многое зависит именно от активности агрессивных программ.

Одним из проявлений вот такой вот агрессии внутри стаи, внутри социума является формирование индивидуальных дистанций. Ну, вот вы видите птичек, которые дивно равномерно расселись. И надо сказать, что каждый раз, когда я вас прошу подвинуться и сесть поплотнее, и это, в общем, получается я пытаюсь скорректировать у вас проявление этой самой программы индивидуальной дистанции. «А чего это рядом со мной ещё кто-то будет сидеть? Вот сколько места. Я справа поставлю сумку, слева куртку положу, и будет мне просторно, вот сколько у меня территории». Вы уже целых три минуты занимаете все эти места и вдруг бац, и надо подвинуться. Прям, негативные эмоции возникают, у вас отняли кусок вашей территории. А что делать? Да, мы в большом сложном социуме. Я тут, конечно, выступаю как лектор в роли вожака и так нежно прошу вас. А если вы не будете двигаться, то рядом люди ругаться начнут и тут уж придётся подчиниться.

Источник: https://youtu.be/h-vaM1KbsBs

Вот такие не очень затейливые взаимоотношения в коллективе в своё время были описаны термином под названием «порядок клевания». Термин этот придумал норвежец. Наблюдая за курами, оказалось, что даже в обычном курятнике, если есть десять кур или даже семь, кто-то обязательно главный и увидеть главного довольно просто – он всех клюёт, вернее, она всех клюёт. Она как бы альфа-самка, а среди оставшихся будет бета-самка, которая тоже всех клюёт, а её клюёт только альфа. Ну и так далее, и так далее. Вот иерархия плюс ещё какие-то сложные петли, потому что у альфа-самки может быть фаворитка, которую она не клюёт и тогда другие её опасаются тоже клевать, но она тоже других клевать опасается. В общем, всё это получается на маленьком социуме всего из десяти кур и всё это очень забавно и опять-таки можно это проследить и по индивидуальной дистанции, потому что вот это клевание проявляется в тот момент, когда нарушается индивидуальная дистанция и, конечно, в порядке подхода к пище, кто будет первым клевать. Вот тут видите, везде такие кабачки разрезанные лежат аппетитные, в каком порядке. То есть если низко ранговая курица сунется туда, понятно, получит по темечку. И, конечно, когда отдыхают, альфа располагается на самом удобном месте, да еще на возвышении, потому что вот она такая большая, а вот вокруг, соответственно, вот так всё по иерархии. И этот термин «порядок клевания» он так всем понравился, что сейчас используется в самых разных случаях.

Вообще, когда говорят об установлении иерархии даже, например, и в человеческом социуме в какой-нибудь фирме, это как-то интуитивно очень понятное слово, понятный термин. И по этому поводу есть естественно масса зоопсихологической информации. Вот видите, здесь ясно, что альфа самая левая и вот подобного рода карикатура. Когда, например, политиков выстраивают тоже в порядке клевания. Но политика такая штука, она же всё время меняется. И вы видите на этой картинке — уже есть персонажи, которые на данный момент не действуют. Поэтому каждый раз, когда происходит какое-нибудь очередное важное политическое мероприятие, какое-нибудь очередное G20 или ещё что-нибудь, мы смотрим так на фотографию и там типа: «Ну, наш-то где стоит? Какой порядок-то?». Кто стоит по правую руку хозяина, кто по левую. Ну могу сказать, что я не нашёл фотографии вот того G20, которая сейчас в Анталии была, а это вот прошлогодняя. Что-то мне подсказывает, что порядок изменился. Поэтому в качестве домашнего задания посмотрите, где кто сейчас располагается. Мне кажется, что-то подвинулось.

В этом смысле сказка про Репку – это такая антитеза «порядку клевания». Как бы наше чувство свободы, а у нас есть ещё такая программа свободы, я о ней так немножко в конце скажу, порой протестует против такого безобразия, как строгая иерархия и вдруг сочиняются такие вот бессмысленные сказки. Тянули, тянули, и вдруг пришла мышка и вытянула. Это явный протест против порядка клевания. Ну, наверное, существование подобного рода фольклора тоже что-то отражает. Все вот эти, как известно,  ходовые сюжеты переходят из эпохи в эпоху, от нации к нации и все эти архетипы жутко живучие и очень о серьезных вещах говорят.

Источник: https://youtu.be/h-vaM1KbsBs

Ну, понятное дело, всё это изучается и не только на лежбищах морских слонов, в курятниках, но и в лабораториях. А для лаборатории, конечно, удобнее всего брать наших любимых крыс, мышей, то есть грызунов, которых легко изучать, разводить. Надо сказать, что крысиное сообщество в общем, тоже иерархично. Хотя нет совсем уж такой строгой иерархии, но, тем не менее, если посадить вместе пяток или там десяток самцов, то очень быстро всё выстроится. Вот и здесь, собственно, опять же очень важна физическая сила и агрессивность, а ещё феромональный фон. А этот феромональный фон в частности определяется уровнем половых гормонов, то есть те андрогены, которые идут наружу они тоже за лидера. Ну и в итоге, ещё раз повторяю, что существо с не очень максимальной физической силой, но активное, наглое и агрессивное может захватить власть даже вот в таком небольшом крысином сообществе. При этом крысы выясняют между собой отношения вот в таких спаррингах, то есть это называется прямо боксирование. Они стоят так столбиком друг напротив друга, страшно верещат и пихаются передними лапками, а потом самая отчаянная наносит удар уже задними лапками, как правило, это будущий победитель.

Надо сказать, что проводятся специальные опыты, специальные эксперименты насчёт того, а как вот опыт индивидуальных побед и поражений дальше отражается на поведении грызуна. И в общем получается очевидная, конечно, вещь, но доказать её на научном уровне это всё равно важно и это серьезный результат. Очевидная вещь получается, что чем больше опыт побед в таких спаррингах, тем нахальней ведёт себя самец и тем больше вероятность его дальнейших побед даже над соперником, который превышает его физически. И опять-таки если копится опыт поражений, то такое существо погружается в бездну депрессии и всё меньше и меньше сопротивляется и уже сразу занимает априори подчинённое положение. Как всегда в подобного рода ситуациях важна и некая врождённая основа, то есть насколько для конкретного мозга значимо лидировать. Важен гормональный фон, а это, например, адреналин, тестостерон, то, что повышает, агрессивность и важен индивидуальный опыт. То есть если вам удается побеждать, вы, чем дальше, тем больше и увереннее будете побеждать. И вот это: «Ты победитель!» — это очень круто и в педагогике это порой с перебором используется, сделал там что-нибудь ребёночек такое даже не очень значимое, а ему тут же говорят: «Как ты крут! Как ты вообще преодолел все трудности, опасности!». Подбодрить же надо этот маленький мозг, чтобы дальше он продолжал оставаться победителем, то есть порой палку даже перегибают. С другой стороны вот такая психотерапия получается

Если внутри крысиного сообщества установилась некая иерархия, то она, конечно, не навсегда. Здесь система, конечно, будет такая же, как вот в случае тех же львов. То есть пока доминант силён, нагл и у него много тестостерона, он будет всех держать если не в страхе то, по крайней мере, в подчинении. Кстати, у крыс знак подчинения – это принудительный груминг. Груминг – это уход за телом, то есть вылизывание. Вот у обезьян, наверное, знаете, груминг тоже играет очень важную социальную функцию и тот, кто вылизывает вожака он типа фаворит, это круто и как бы приближен к начальнику. Получается, что у обезьян тот, кого вылизывают – главный, а тот, кто выливает или там массаж делает – он подчинённый. А вот у крыс та же самая поведенческая программа с точностью до наоборот реализуется. То есть главный самец в клетке вылизывает подчинённого, а он должен терпеть и радоваться, «о, спасибо, великий» и так далее.

Источник: https://youtu.be/h-vaM1KbsBs

Здесь вы видите доминант. Ну и видно, что он доминант, а этот вот пучит глаза и изо всех сил старается выразить удовольствие или, по крайней мере, не пищать от ужаса. Ну, надо сказать, что в принципе в крысиной стае всё это, как правило, происходит довольно мирно, потому что крысы, обитающие на определенной территории это, как правило, потомки одной пары и у них достаточно общий запах, то есть некий запах стаи. Это же касается, например, стаи или семьи у муравьев или у пчёл, или у термитов. Но для млекопитающих это особенно характерно, то есть вот этот общий стайный запах. Потому что если не дай Бог на территорию крысиной стаи забредет особь какая-то чужая, то тут будет такая агрессия, её просто разорвут на кусочки. Более того, если вынуть крысу с территории, скажем, месяц поддержать где-то отдельно, а потом вернуть, то будет совершенно жуткая история, потому что эта несчастная крыса ужасно обрадуется, что её вернули к родным и друзьям, а её скорее всего тоже порвут на кусочки, потому что у неё теперь чужой запах. И чтобы благополучно её вернуть, её нужно в клеточке поставить посреди территории, чтобы она там несколько дней постояла, напиталась общим запахом, тогда может быть и всё кончится хорошо.

А так в нормальной стае, конечно, никого не разрывают и в принципе вот это взаимодействие вожак-подчинённый очень мощно ритуализируется, то есть вот те варианты груминга, о которых я сказал – это, по сути, ритуализация агрессии. То есть не нужно каждый раз вожаку давать подзатыльник подчинённому, его кусать и так далее. Достаточно идя мимо многозначительно на него посмотреть. Если в ответ подчинённый принял ритуальную позу и там сделал три раза ку, то всё в порядке, живём дальше. А вот если не сделал, тут уже можно и о тумаках подумать. Поэтому соответственно вот ситуация, когда вожак демонстрирует некую ритуальную агрессивность, а подчинённый ритуальную позу покорности – это очень распространённая ситуация. Ну и более того, конечно, для вожаков и для вождей принято периодически эту агрессию демонстрировать. Потому что если начальник так хотя бы иногда не заругает подчинённого, того гляди подчинённые уже совсем распустятся и уважать перестанут.

Источник: https://youtu.be/h-vaM1KbsBs

Это вот вариант обезьяньей стаи. Совершенно понятно, кто из них вожак, кто починенный. Ещё важно то, что вожак очень часто преувеличивает себя, надуться, расправить плечи, сесть повыше. Ни один вождь и король не ставил себе трон в яме. Наоборот, делается холм, на этот холм ставится трон и там даже уже полутора метрового роста человек выглядит гигантом. Поэтому значит надуться побольше, а подчинённый наоборот, должен стать поменьше, согнуться, тогда может ещё пожалеют. Ну и вот, например, в случае воронов, то есть здесь в вороньей стае не такая жёсткая иерархия, эта стая скорее временный характер носит, но, тем не менее, вот угрожающая поза, а эта поза подчинения. И поза подчинения зачастую имитирует либо какое-то детское поведение, ну как вот у волков, я вам в прошлый раз показывал эту картинку, когда волк, собака перед вышестоящим падает на спину и подставляет мягкое брюшко. И так же делают щенки. Или вот такое движение, как бы выпрашивание пищи происходит. Либо подставляется у ворон затылок, тоже уязвимое место типа «вот-вот я весь твой, хочешь, клюнь, а так вообще, может ещё пожалеешь».

Пожалуй, начнем. Попрошу вставить. Добрый день, дорогие студенты. Садитесь. Сегодня у нас агрессивная тема: мы будем говорить о разнообразных конфликтах, которые случаются в жизни живых существ, животных. Поскольку человек тоже к этой категории относится, то будут возникать параллели с нашей с вами жизнью, а иногда и прямые примеры из Homo sapiens.

Источник: https://youtu.be/tAVgCwMJDT0

Агрессия — это способ защититься от неприятностей путем нападения. Поэтому слово «агрессия» с латинского переводится, как нападение. Это достаточно опасный способ справиться с неприятностями, более затратный по энергии, с более вероятным травматизмом, чем реакции страха, убегание. Но порой убегание не может решить проблему, а нападение может. В этом случае выбираются, запускаются и реализуются программы агрессии. Они сопровождают жизнь животных в самых разных проявлениях. Агрессия — достаточно универсальный способ реакции на проблемы. Как и любопытство, исследование может сопровождать самые разные поведенческие программы и начинать многие поведенческие программы: захотелось есть — вы ищете потенциальные источники еды, все-равно включаются программы исследования; захотелось размножаться — вы ищете потенциального партнера, это тоже программа исследования. С агрессией примерно такая же ситуация. Если вам не дают есть, вам не дают размножаться, то эту проблему убеганием особо не решишь, а какие-то способы агрессивного взаимодействия оказываются здесь очень уместными. В поведении позвоночных и более «примитивных» существ, более мелких по размеру беспозвоночных, мы видим очень-очень много таких примеров. За что можно драться? Можно драться за территорию, можно драться за еду. Конкуренция самцов за самку сопровождается агрессией, а иногда и взаимодействие полов сопровождается агрессией. У беспозвоночных та же самая история. Вы видите двух осьминогов, которые дерутся за свой кусочек рифа. Классический объект для изучения агрессии у насекомых — это сверчки. Сверчки — довольно сложные существа с непростым поведением. У них распространена подача звуковых сигналов по самым разным поводам, в том числе используются сигналы, связанные с обороной территории, с ухаживанием, с дракой. Когда встречаются два самца, прежде чем сцепиться, они достаточно специфично вокализируют. Иногда этого вполне оказывается достаточно, чтобы самец с более слабыми нервами, меньшим размером или более тихим голосом убежал. Если не получится, то начинается прямая грызня. Или бывают такие ситуации: когда на насекомое кто-то нападает, многие насекомые притворяются мертвыми, но далеко не все. Есть совершенно бесстрашные существа. Богомолы принимают агрессивную позу. У них вообще с реакцией страха не очень хорошо. У хищников агрессия всегда наготове. Она связана с их способом питания, добычи пищи. Но и вполне безобидные существа могут очень серьезно драться, если их загонять в угол.

Источник: https://youtu.be/tAVgCwMJDT0

Программы агрессивных реакций, агрессивного поведения являются врожденными. Ими занимается задний гипоталамус — та же самая область, которая связанна и с реакциями страха. Поэтому этот слайд практически повторяет то, что было в лекции про страх. Если мы начинаем разбираться, какие врожденно заданные стимулы могут запустить агрессию, то здесь все тот же список неприятностей, который может запустить и реакцию страха. Если вы вдруг съели что-то невкусное, если ваш суп пересолили, а вы очень хотели есть, то вы можете заплакать от огорчения, а можете запустить тарелкой в повара. Тут обе программы наготове. Многое зависит от темперамента. Та же самая история с появлением хищника, змеи: вы можете в панике убегать от паука, а можете прихлопнуть его тапком. Тут центры страха и агрессии активно конкурируют.

Источник: https://youtu.be/tAVgCwMJDT0

Есть и весьма специфические сигналы — феромоны агрессии — запахи, которые издаются перед тем, как напасть. Они характерны и для позвоночных, и для беспозвоночных. Шипящего котика на экране я преподносил, как объект, которого можно испугаться. Мы пугаемся этого объекта. С другой стороны, поставьте теперь себя на место котика. Это явно котик кого-то пугает, выдает агрессивную реакцию, всем видом своим показывает, что настроен серьезно, с этого места не уйдет, будет отстаивать этот кусочек территории. Паучок никого не трогает, но у вас он может запустить агрессивную реакцию, если это соответствует вашему темпераменту.

Демонстрация агрессия порой оказывается достаточной для того, чтобы решить проблему. Довольно часто самое начало этого поведения — это уже успех. Вы вместо того, чтобы испугаться, поклониться, показать, что вы маленькое безобидное существо, вдруг начинаете надуваться, скалить зубы, шипеть дыбить шерсть. Порой уже это решает проблему, потому что ваш оппонент понимает, что так просто уже с вами не справиться. Показать орудия нападения, оружие — универсальный способ продемонстрировать агрессию. В человеческом случае это кулаки, зубы. Мимические выражения понятны нам врожденно. Наш мозг подобного рода гримасы узнает без особого обучения. У разных животных это по-разному проистекает. Общим вариантом является визуальное увеличение размера: вот я какой большой и страшный, тебе не стоит со мной драться. Поэтому котик, который выгнул спину и вздыбил шерсть, или ящерица со специальными конструкциями для визуального увеличения размера головы и пасти следуют такой логике. Демонстрации агрессии порой вполне оказывается достаточно.

Источник: https://youtu.be/tAVgCwMJDT0

Если вспоминать классификацию П.В.Симонова, то агрессия попадает в витальные программы — программы, связанные с безопасностью, вместе с реакциями убегая, страха. Когда я это все описывал, то я говорил, что существуют пассивно-оборонительные реакции (тревожность, убегание) и активно-оборонительные. Эти термины используют физиологи, занимающиеся поведением: реакции убегания и реакции нападения. 

Источник: https://youtu.be/tAVgCwMJDT0

Мы с вами сегодня говорим об активно-оборонительных реакциях, которые способны радикально решить проблему, напасть на источник неприятностей, избавиться от неприятностей всерьез и надолго. Фраза «fight or flight» (дерись или убегай) как раз демонстрирует выбор, который стоит перед мозгом в потенциально опасных ситуациях. Даже если взять уровень спинного мозга, уже здесь мы видим программы, больше похожие на убегание и больше похожие на агрессию. Если вы обожглись о сковородку, то вы, скорее всего, отдерните руку. Но если вас укусил комар, то вы, скорее всего, его прихлопните. Реакция на маленькое неприятное воздействие — стряхнуть, придавить то, что на вас напало. Это вполне себе агрессивная реакция. Прихлопнуть комара — это серьезное действие. Он, конечно, выпил капельку вашей крови, но вы лишили его комариной жизни. Адекватный ли это ответ, с точки зрения морали, гуманизма? Имеет ли комар право сосать кровь из вас? Это отдельная проблема. Многие историки, философы ее всерьез решали. Вы сидите и медитируете о счастье всего мира, а комары вас кусают. Что делать? Как же комариная душа? Особенно если вы буддист или индуист. В христианстве специально обсуждали, есть ли душа у насекомого. В конце концов договорились до того, что у отдельного комара души нет, а у целого комариного роя — может быть. По крайней мере, душа может быть у муравейника. Тогда отдельная душа — это пупырышка на целой душе муравейника. Это уже философские темы. Мы в них не пойдем.

Источник: https://youtu.be/tAVgCwMJDT0

Нужно четко выделять пассивно-оборонительные реакции (реакции страха, тревожности, затаивания) и активно-оборонительные реакции, эмоциональным фоном которых является ярость. Это состояние, когда вы уже сконцентрировались на процессе нападения, все остальное побоку, снижается болевая чувствительность, присутствует боевой азарт. Он помогает порой решить проблему. Эта картинка из лекции про страх, когда я говорил, что для двух базовых темпераментов, для меланхоликов и холериков, как раз характерен довольно смещенный баланс в сторону пассивно-оборонительного поведения и активно-оборонительного поведения. У холерика центры агрессии всегда наготове. Это порой первая реакция, которую он запускает. Меланхолик — более страдающий вариант.

Источник: https://youtu.be/tAVgCwMJDT0

Ключевыми центрами, связанными с оборонительным поведением, с агрессией в том числе, являются гипоталамус и миндалина. Агрессивные реакции — это прежде всего реакции, которые ведет миндалина. Миндалина относится к базальным ганглиям — группе структур, расположенных в глубине больших полушарий. Вот показан ее вид сбоку, на поперечном срезе. Миндалина находится в глубине височной доли: парные небольшие округлые структуры справа и слева. Они и ведут агрессивные проявления. Туда попадают различные сенсорные сигналы, потенциально способные вызвать агрессию. Дальше именно миндалина передает сигнал на гипоталамус, чтобы он запускал вегетативные и эндокринные реакции, которые будут сопровождать драку. Кроме того, миндалина посылает сигнал в большие полушария, в кору больших полушарий, чтобы уже и на поведенческом уровне начинать решать проблему, двигать руками и ногами. Здесь показана миндалина, передача сигналов в гипоталамус. Гипоталамус показан сбоку. Задний гипоталамус ведает страхом и агрессией.

Источник: https://youtu.be/tAVgCwMJDT0

Если мы будем напрямую стимулировать миндалину, мы можем вызвать агрессивные реакции буквально на пустом вместе. Классические работы были описаны еще в середине XX века. В миндалину вживляли электрод, стимуляция вызывала нападение кошки на крысу. Жутковатые достаточно эксперименты. Бралась ситуация, когда кошка и крыса давно живут вместе, практически друзья. В тот момент, когда идет стимуляция миндалины, вдруг появляется агрессивная реакция, вовсе не пищевая, а именно реакция ярости. Дальше следует характерный укус. У хищников есть врожденная программа нанесения смертельного укуса в основание шеи. У крыс он тоже есть. Крыса таким образом будет на мышку кидаться, кошка — на крысу, крупная собака — на кошку. Цепочка хищник-жертва достаточно длинная.

Если что-то у человека случается с миндальной, то могут быть серьезные нарушения именно агрессивного поведения. Это может быть из-за опухоли или вследствие инсульта. Порой возникают агрессивно-маниакальные состояния, иногда с сексуальной окраской, а иногда и без — просто агрессия. Это уже тяжелая клиника, потому что такой человек потенциально опасен для окружающих, иногда и реально опасен. Если это сопряжено еще с наличием эпилептического очага, который периодически неконтролируемо вбрасывает в миндалину активацию, все поведение взрывается агрессивным фонтаном, то тогда все это серьезно, нужны серьезные лекарственные препараты, о которых я еще скажу.

Источник: https://youtu.be/tAVgCwMJDT0

Современные технологии позволяют вживлять электрод уже в миндалину человека и не стимулировать ее, а наоборот подавлять ее активность. Мы постепенно еще и в этом направлении движемся. Наверняка, в течение первой половины XXI века нейроимпланты будут получать все более широкое распространение. Все желающие вряд ли себе это будут делать, все-таки это не пирсинг. Если у человека есть клинические показания, эпилептический очаг, очаг тяжелой депрессии, очаг агрессивной вспышки, то он будет получать коробочку с кнопочкой. Когда он будет ощущать, что что-то выходит из-под контроля, он будет эту кнопочку нажимать и контролировать уровень возбуждения соответствующего отдела мозга за счет электрических импульсов, а не за счет лекарственных препаратов.

Вот показано, как миндалина встроена в единую систему с другими мозговыми центрами. Здесь ключевыми являются две эти стрелочки. Вегетативные и эндокринные реакции ведутся гипоталамусом, а поведенческие — ассоциативной лобной корой. При этом запуск агрессивного поведению требует определенного гормонального фона. Есть стимулы, которые врожденно запускают агрессию, и стимулы, которые мы научились идентифицировать, как фактор, запускающий агрессию. Паук для многих животных — врожденно значимый сигнал. Тогда через таламус информация идет прямо на миндалину. Это врожденные рефлекторные дуги. Если ваш мозг никогда врожденно не идентифицировал паука, как потенциально опасный объект, то вас можно научить это делать. Тогда сигнал уже пойдет через зрительную кору, через центры памяти, но тоже в конце концов попадет на миндалину. Самый очевидный стимул — это боль. Об этом я достаточно много говорил, когда рассказывал про страх. Абсолютно очевидный вариант наступившей неприятности — это появление болевого сигнала, который в свою очередь говорит о том, что пошло повреждение клеток, тканей: с этим нужно срочно разбираться.

Источник: https://youtu.be/tAVgCwMJDT0

Вот еще раз показана миндалина. Она находится в глубине височной доли. А вот гипоталамус. Его основными мишенями являются гипофиз, как проводник эндокринных сигналов, сигналов к железам внутренней секреции, к гормональной сфере, и симпатическая нервная система, которая проводит стрессогенные сигналы на внутренние органы: сердце начинает биться чаще, бронхи расширяются и так далее.

Источник: https://youtu.be/tAVgCwMJDT0

А вот второй путь сигналов из миндалины в лобную кору. Лобная кора должна выбрать и запустить некую программу, которая позволит решить проблему, избавиться от неприятностей: от болей, от конкурента, отбить пищу или территорию. Лобная кора, запустив программу, дальше должна узнать, насколько успешно получилось — убежал противник или не убежал. С болью все понятно. А если вы пугаете конкурента, то тут нужен постоянный сенсорный анализ. Если вы находитесь в реальном агрессивном взаимодействии, вам нужно мониторить ситуацию постоянно. Вы оскалили зубы, растопырились и смотрите, оскалился ли ваш оппонент в ответ или пугливо шагнул назад. В зависимости от этого ваш паттерн поведения тоже будет меняться, вы будете наращивать давление или наоборот себя сдерживать. Если оппонент вынул дубину из-за спины, то вы уже чувствуете, что надо вести себя как-то скромнее. Кто это будет мониторить? Это мониторят сенсорные системы, которые дальше передают информацию к центрам памяти и к поясной извилине. О поясной извилине я периодически вспоминаю. Эта картинка была в лекции про страх. Задача поясной извилины, расположенной на внутренней поверхности полушарий, заключается в сравнении ожидаемого и реального результатов поведения. Вы оскалили зубы и ожидаете, что противник испугается. И он испугался. Поясная извилина радостно сообщает об этом ассоциативной лобной коре. В этой зоне происходит их взаимодействие. Она говорит, что все идет нормально, вас уже боятся, того и гляди еда будет ваша. Когда все идет нормально, сигнал уходит на гипоталамус, гипоталамус генерирует положительные эмоции, боевой азарт захватывает вас все сильнее. Или обратная ситуация: противник вынул из-за спины бейсбольную биту, что-то пошло не так. Сигнал с поясной извилины уходит на гипоталамус, гипоталамус генерирует отрицательную эмоцию. Перед лобной корой ставится вопрос: Шеф, будем дальше зубы скалить или какой-то другой вариант попробуем? Тут, конечно, от лобной коры требуется дальнейший просчет ситуации, изменение программы. Вот те основные зоны, которые работают, когда мы ввязываемся в агрессивное взаимодействие. Их очень большой список. Когда проводят эксперименты с фМРТ (функциональной магнитно-резонансной томографией), то эта зона себя очень явно показывает. Технология фМРТ основана на том, чтобы увидеть наиболее активные области мозга. Зона на стыке поясной извилины и ассоциативной лобной коры как раз в этих ситуациях очень активна, потому что все время идет обмен информацией между этими структурами, сравнение реальных и ожидаемых результатов, принятие решения о продолжении программы или ее изменении и корректировке. Вы видите картинки, связанные с фМРТ. Результаты этой статьи говорят о том, что у агрессивных людей, склонных продолжать агрессивные программы при прочих равных условиях, очень яркой является активность миндалины. Эти яркие активные пятна — это миндалина. У более осторожных людей поясная извилина, лобная кора все время вмешиваются в этот процесс и говорят: «Не надо, не стоит, как бы чего не вышло». Контроль за поведением, за резкими и мощными эмоциональными реакциями лежит на этой зоне, на стыке поясной извилины и ассоциативной лобной коры. Это еще называется префронтальная кора или еще орбитофронтальная кора. Все эти термины вы можете встретить в научных публикациях.

Источник: https://youtu.be/tAVgCwMJDT0

Давайте сначала посмотрим, что случается с организмом, когда мы ввязываемся в какие-то агрессивные взаимодействия, явно нарастают стресс. О стрессе мы говорим тогда, когда уже наступила или ожидается какая-то серьезная физическая и эмоциональная нагрузка, когда нужно активировать разные системы и органы. Стрессогенные сигналы ловит задний гипоталамус. Этот сигнал ему может послать миндалина: «Сейчас будем драться или убегать». Если нужно драться, активация идет сильнее. Или это может быть прямой сенсорный сигнал — боль или отсутствие кислорода. Все это тоже попадает в гипоталамус. Дальше гипоталамус может влиять на гормональную сферу и на вегетативную нервную систему. Влияние на гормональную сферу идет через гипофиз. Основной путь, связанный именно со стрессом и с агрессией, это влияние на кору надпочечников. Кора надпочечников выделяет гормоны — кортикостероиды. Одна из задач кортикостероидов — усилить обмен веществ, в частности заставить печень отдавать запасы глюкозы до появления реальной серьезной физической нагрузки, и предвосхитить появление этой нагрузки, чтобы в итоге организм оказался более готовым предпринимать активные физические действия. Здесь показаны разные эндокринные железы. Вот сам гипофиз. Это щитовидка. А вот надпочечники — колпачки сверху над почками. Несмотря на то, что это довольно маленькие образования порядка 20 г, это двойная эндокринная железа. Кора надпочечников — это свои гормоны, а мозговое вещество надпочечников — свои гормоны. Мы пока с вами затронули кору надпочечников (более светлый слой) и кортикостероиды.

Источник: https://youtu.be/tAVgCwMJDT0

Если проследить путь сигнала по направлению к внутренним органам, к вегетативной нервной системе, то здесь будет работать та часть вегетативной нервной системы, которая называется симпатика — симпатическая нервная система. Это та часть нашей вегетатики, которая активизирует внутренние органы, когда идет физическая и эмоциональная нагрузка: происходит усиление работы сердца, сжатие ненужных сосудов (сосудов кожи, сосудов ЖКТ), чтобы оттуда кровь пошла в сердце, в мышцы, в мозг; расширение бронхов, чтобы больше кислорода получать; расширение зрачков, и так далее. Мы об этой части работы нашего мозга еще будем с вами говорить. У нас сегодня восьмая лекция. Десятая лекция будет посвящена как раз программам гомеостаза. Там я буду рассказывать подробнее о вегетативной нервной системе.

Сейчас я просто скажу, что основной химический проводник влияний симпатической нервной системы — это норадреналин. Норадреналин влияет на внутренние органы, вызывая быстрые реакции на стресс. Вы решили, что сейчас вы будете драться — ваше сердце прямо сейчас резко застучало чаще. Реакция идет через симпатику. Если конфликт затягивается, то к реакции симпатической нервной системы подключается мозговое вещество надпочечников — внутренняя часть надпочечника. Мозговое вещество надпочечников тоже управляется симпатической нервной системой. Корковая управляется через гипофиз на эндокринном уровне, а мозговое — через симпатику на нервном уровне. Мозговое вещество надпочечников выделяет адреналин. Эти две молекулы, адреналин и норадреналин, химически очень похожи, но это разные молекулы. Адреналин — это гормон стресса, который растягивает реакции на стресс во времени: мы можем часами находиться в таком активном состоянии. Это дорого организму обходится, но мы способны на это. Норадреналин — это быстрые реакции на стресс: раздался громкий хлопок — ваше сердце тут же забилось чаще. Это норадреналиновая реакция. Длительный стресс — это нехорошо: идет истощение. Совсем длительный стресс может уже всерьез нарушать работу внутренних органов, иммунной системы, вызывать гипертонию. Я думаю, мы об этом еще будем специально говорить.

Источник: https://youtu.be/tAVgCwMJDT0

Чуть-чуть подробнее про влияние через гипофиз. Цепочка «гипоталамус-гипофиз-эндокринная железа» довольно непросто организована. Когда я рассказывал о половом поведении, там у нас уже появлялась подобная схема: выделением андрогенов и эстрогенов управляли фолликулостимулирующие гормоны, а ими управлял люлиберин, который выделялся из гипоталамуса и влиял на гипофиз. Чтобы пошли такие влияния, нужна цепочка гормонов. Гормон номер один выделяет гипоталамус, он влияет на гипофиз. Гормон номер два выделяет гипофиз, он влияет на эндокринную железу (кору надпочечников). Гормон номер три — это тот гормон, который пойдет в кровь и будет влиять уже на печень, чтобы она нам давала глюкозу. Когда мы начинаем смотреть воздействие на мозг, мы видим, что вторым эффектом всех этих гормонов является повышение уровня агрессии, агрессивности. Кортизол, являющийся основным кортикостероидом, и гормоны, передающие сигнал от гипоталамуса к гипофизу и дальше (кортикотропин, кортиколиберин), способны повышать уровень агрессивности. 

Источник: https://youtu.be/tAVgCwMJDT0

Базовый уровень агрессивности каждого человека в некоторой мере зависит от того, сколько у вас этих гормонов в крови. Активность этой оси достаточно индивидуальна. Уровень вашего холеризма может определяться у вас количеством кортикотропин-рилизинг фактора (CRH) — гормона, который выделяет гипоталамус, чтобы влиять на гипофиз. В итоге получается достаточно непростая завязка. Это может упираться в то, что все эти гормоны одновременно являются еще и передатчиками сигнала в синапсах. На них есть специальные рецепторы, чувствительные белковые молекулы. Если с этими молекулами что-то не так, то мозг может быть либо с повышенной агрессивностью, либо с пониженной агрессивностью. Психогенетику агрессии еще исследовать и исследовать. Во всяком случае, как минимум три уровня гормонов влияют на нашу агрессивность. Адреналин и норадреналин тоже повышают агрессивность. А еще андрогены. Этот блок нашего поведения находится под достаточно серьезным гормональным контролем.

Если вы проявляете какое-то агрессивное поведение, которое завершается успехом, то, как всякое успешное поведение, его полезно запомнить. Оказалось, что внутри молекулы адренокортикотропного гормона, который выделяется гипофизом и влияет на кору надпочечников, есть специальный кусочек, который улучшает память. На базе этого фрагмента адренокортикотропного гормона сделаны препараты, улучшающие память — ноотропы. Но там внутри есть и кусочки, напрямую влияющие на агрессию. Если их распылять в воздухе, то можно повысить уровень агрессивности, а порой даже вызвать отрицательные эмоции. Внутри всех этих соединений, в частности CRH, есть кусочек, вызывающий негативные эмоции, агрессивность безо всякого удовольствия, сопряженную с чувством опасности. Это довольно сложные молекулы, действие которых только-только всерьез начинает изучаться. Это белковоподобные молекулы, состоящие из длинных цепочек аминокислот. Они могут содержать 60 аминокислот. Первые 10 аминокислот отвечают за эффекты памяти. Если взять первые 30 аминокислот, то они будут отвечать за память и положительные эмоции. Если взять аминокислоты с 30 по 40, то они будут отвечать за отрицательные эмоции. Все довольно непросто и интересно.

Источник: https://youtu.be/tAVgCwMJDT0

Когда мы говорим об эндокринном сопровождении стресса и агрессии, нужно иметь в виду два потока гормонов: один идет через кору надпочечников, а второй — через мозговое вещество надпочечников. Здесь главные игроки — адреналин и норадреналин. Важно, что в нашем мозге есть отдельные структуры, которые уже вслед за гипоталамусом формируют психическое состояние боя, азарта, потенциально опасной ситуации, от которой нужно не убегать, а с которой нужно как-то разобраться, решить проблему. Если мы эту проблему решим, то эти центры способны сгенерировать серьезные положительные эмоции. Главным из этих центров является голубое пятно — структура, которая тоже выделяет норадреналин, но уже не как гормон и не как медиатор, который работает на уровне периферии, а как медиатор центральной нервной системы. Адреналин и норадреналин работают, как активаторы внутренних органов во время стресса на периферии. Норадреналин обеспечивает психическое сопровождение стресса, каких-то реакций, требующих от нас активного ответа. Если все завершилось благополучно, именно с выделением большого количества норадреналина связывают положительные эмоции, ассоциирующиеся с победой, с преодолением опасности, с азартом.

Источник: https://youtu.be/tAVgCwMJDT0

Давайте посмотрим, что это за голубое пятно такое. Вот эта зона нервных клеток на картинке — бледно-зелененькое пятнышко, находящееся на границе моста и среднего мозга. Если мы смотрим на мозг сверху, то вот эта зона. Голубое пятно назвали так, потому что нейроны имеют слегка синеватую окраску. Нейронов здесь не очень много — всего несколько миллионов, но их аксоны расходятся по всей центральной нервной системе: идут в спинной мозг, мозжечок, таламус, гипоталамус, кору больших полушарий. Это человеческий мозг. Вот показан крысиным мозг. Аксоны расходится по всей ЦНС и обеспечивают психическое сопровождение стресса. Я обвел голубое пятно. Если перечислять психические эффекты норадреналина в головном мозге, то здесь будет сплошная активация. Во-первых, меньше хочется спать. Представьте себе, что у вас завтра что-то очень важное — экзамен или полет на самолете. Многие в этой ситуации не спят: много выделяется норадреналина из голубого пятна. Вам не просто не спится, а порой даже не сидится на месте. В предчувствие чего-то важного, когда вы не знаете, драться или убегать, когда похоже, что придется драться, вам реально не сидится. Вы ходите по комнате, сами с собой разговариваете. Можно, конечно, сесть, но тогда на это придется тратить отдельные силы, чтобы подавить активность норадреналина.

Еще влияния голубого пятна обеспечивают снижение болевой чувствительности во время стресса. Если уж вы ввязались в драку, то лишние болевые сигналы ни к чему. Поэтому та стрелочка, которая идет в спинной мозг, это обезболивающие эффекты — стресс-вызванная анальгезия. Еще идет улучшение обучения. Я уже сказал, что фрагменты адренокортикотропного гормона способны это делать; сам норадреналин способен это делать. Вы запоминаете, как правильно решать потенциально опасные ситуации. Особенно это значимо в ситуации, когда была драка или конфликт, и вы победили. Важно, чтобы стресс был не слишком силен. Если очень много норадреналина, то память опять ухудшается. Задача преподавателей — пугать вас экзаменами, но не слишком сильно: мы не должны вызывать у вас реакцию убегания, затаивания. Мы должны провоцировать у вас активный ответ на потенциальную угрозу. Вы должны сказать себе: «Подумаешь, сложный предмет! Я все равно все выучу и буду победителем, отличником, получу все именные стипендии!». Вот то, что нужно. Поэтому важно вас слегка пугать, но не слишком. Это касается любого воспитательного процесса: нужно использовать рычаг потенциальной опасности, но не перегибать его, иначе вместо активного ответа вы получите пассивно-оборонительную реакцию. Тогда придется из щели выковыривать того, кого вы хотели воспитать.

Очень важный компонент — это положительные эмоции, возникающие на фоне стресса и тогда, когда вам удалось победить. Азарт и чувство победы — это норадреналин. Люди, которые занимаются экстремальным спортом или хотя бы давят компьютерных монстров, эксплуатируют данную часть своего мозга. Из этого понятно, что существуют наркотические препараты, похожие на норадреналин. Их введение тоже вызывает эйфорию, но уже на пустом месте. Любые наркотики так действуют: влезают в нейросети уже на фазе «все получилось хорошо» и имитируют положительный результат; человек получает эйфорию и попадает в ситуацию зависимости, когда не нужно ничего реального делать, а достаточно уколоться, съесть таблетку, и все уже хорошо. Об этом мы будем на последней лекции говорит. Двенадцатая лекция будет завершающе-переходной к разговору о химических особенностях работы мозга. У меня созрел небольшой план продолжить этот межфакультетский курс в следующем семестре, но уже в более узкой тематике, касающейся психофармакологии. Хотелось бы поговорить об основных группах психотропных препаратов. Я думаю, что тогда слушателей останется заметно меньше, но зато можно будет обсуждать более специальные вопросы, в том числе касающиеся норадреналина. Ясность наступит ближе к декабрю.

Источник: https://youtu.be/tAVgCwMJDT0

Давайте вернемся к агрессии и к тому, как это все проистекает на поведенческом уровне. Самый простой и очевидный вариант запуска агрессии — угроза для жизни. Тут уже деваться некуда. Даже заяц начинает драться, потому что убегать не получается. Существует и масса ситуаций конфликта интересов, когда агрессия работает на внутривидовое взаимодействие — сопровождает различные зоосоциальные программы: вы спорите с другой особью своего вида за еду, за территорию, за партнеров для размножения, за иерархию в стае (кто будет главным), проявляете родительскую агрессию. Агрессия способна присоединяться к поведению практически во всех ситуациях, когда проблема не решается. У нас будет тема, связанная с программами свободы. Нам присуще стремление выйти из замкнутого пространства. Когда это не выходит, многие в этой ситуации начнут агрессивно реагировать на дверь, стену, начнут их пинать, кричать, стучать кулаками. Если что-то не получается, то агрессия может включаться. Это достаточно универсальный способ решения многих проблем, хотя и не всегда социально одобряемый. Социум, воспитывая нас, все время пытается научить нас контролировать агрессию.