Ведущий. Вы уже упомянули о З.Фрейде. Этот вопрос был задан как раз к тому, чтобы поговорить немножко о его теориях. На ум сразу приходит эдипов комплекс, когда мы говорим об отношениях родителей и детей. Если я правильно помню из курса университетской философии, любовь по З.Фрейду существует, потому что есть неудовлетворенность в разных планах: или в материальном, или в творческом, или еще в каком-то. Насколько это действительно так? Любовь, как замена чему-то тому, что ты не смог воплотить в жизнь. Сублимация туда, а не наоборот.

Вячеслав Дубынин. В нашем мире получается скорее наоборот. Порой мы не очень счастливы в любви, пытаемся это скомпенсировать рабочими или творческими успехами.

Ведущий. Ведь бывает и наоборот, когда женщина говорит: «Только семья». Или мужчина говорит: «Для меня самое важное — продолжение рода». Сейчас это очень популярная фраза.

Вячеслав Дубынин. Да. Хотя многодетных матерей и отцов не так уж много. У нас внутри около двух десятков центров разных биологических потребностей: любопытство, размножение, забота о потомстве, свобода, стремление лидировать, просто комфорт. Каждый раз, когда какая-то программа не очень удовлетворена, она начинает генерировать негативные эмоции. «Душа ждала кого-нибудь» — это ведь тоже ощущение тревоги, ожидания, напряжения. В физиологии мозга это называют доминантой — когда какой-то центр начинает на себя перетягивать энергию, вся информация начинает восприниматься именно с этой точки зрения. Есть очень смешная реклама, там показан как раз эффект половой доминанты. Там молодые люди сидят около костра, пьют чай в темном дремучем лесу. Вдруг в кустах что-то зашуршало. Один из персонажей кидает в рот жвачку и говорит: «А вдруг девчонки». Представляете, какая доминанта. Если дальше у вас что-то начинает перетягивать на себя, то мозг пытается скомпенсировать это потоками других положительных эмоций. Наверное, любовь, семейные отношения могут быть компенсацией. Мне кажется, судя по нашей жизни, происходит наоборот. Мы очень часто не добираем взаимной заботы, любви, потому что раздерганы, у нас план жизни расписан даже не на 16, а на 20 часов в сутки, мы не успеваем, не добираем общения с нашими близкими, с нашими растущими детьми. Я обычно говорю, что обо всем этом можно абстрактно рассуждать, но пока вы сами не стали родителями, пока у вас не появился собственный ребенок, вы ничего не знаете о себе, как о родителе.

Ведущий. Я только сейчас понял эту фразу, когда мне мама говорила: «Ты поймешь, ты поймешь».

Вячеслав Дубынин. Потому что все абстракции, даже если мы читаем самые прекрасные стихи, это всего лишь слабое отражение тех эмоций (потому что наш язык беден), которые человек испытывает по-настоящему и которые затрагивают все: и восприятие, и движение, и бабочек внутри, когда сердце трепыхается. Но все равно спасибо поэтам и писателям за то, что они пытаются. Композиторы через звуковую сферу, невербальную, тоже пытаются это донести до нас.

Ведущий. Они помогают нам, ведь сколько девушек было соблазнено благодаря поэзии.

Вячеслав Дубынин. Или юношей. Все-таки у нашего биологического вида более принято то, что мужской пол ухаживает за женским, но тоже не факт. При моногамных отношениях оба партнера так много вкладывают друг в друга, что ухаживания допустимы с обеих сторон. У птиц часто самец яркий, а самочка серенькая. Здесь выбор яркого самца основан на том, что у самого яркого самца будет самое лучшее здоровье, мозги, потому что его хищник не поймал, самый лучший иммунитет. Но когда начинаются моногамные отношения, там уже и параметры самки начинают играть роль. Самец тоже смотрит, кто ему достается, с кем ему дальше всю жизнь жить. Поэтому оказывается, что прихорашиваться начинают и самки, не только самцы. Это в очень яркой форме заметно для Homo sapiens. Макияж — это способ показать: «Я обладаю прекрасным иммунитетом; у меня отличная фигура; все будет хорошо; наша жизнь будет счастливой». Даже если мы этого не осознаем, наша сенсорика настроена на то, чтобы видеть ровный тон лица, наличие талии и развитых молочных желез, еще чего-нибудь такого.

Источник: https://www.rbc.ua/rus/lite/moda

Ведущий. Широких детородных бедер, как говорят.

Вячеслав Дубынин. Тут дело даже не в ширине, а в пропорциях. Берем томограф и начинаем показывать мужчинам в томографе разные женские пропорции. Оказывается, что 90- 60-90 — это хорошо, но 120-90-120 — тоже отлично. Здесь важна пропорция. А мужские фигуры — это треугольник, широкие плечи. Поэтому что берем? Берем ватные плечи, высокие головные уборы, каблуки, чтобы казаться покрупнее. Это все очень хорошо считается. Наш мозг врожденно узнает основной набор первичных и вторичных половых признаков. Мы это можем сейчас увидеть прямо на уровне реальных нейрофизиологических исследований. Мы сейчас можем проверить то, что оставалось догадками и фантазиями.

Ведущий. Как Instagram и возможные фильтры обманывают наш взгляд — на фотографии одно, а в жизни совсем другое. Я даже читал недавно, что есть накладки для мужиков, которые имитируют пресс и широкие плечи.

Вячеслав Дубынин. Да. Сейчас мы еще о силиконовой груди поговорим.

Ведущий. Психотерапия и З.Фрейд. Ведь именно он, если мне не изменяет память, ввел в науке понятие влюбленности. Как ученые сегодня разделяют любовь и влюбленность?

Вячеслав Дубынин. Мне кажется, тут уже мы выходим за рамки физиологии. Скорее мы говорим о состоянии до того и после того, как случилась первая физическая близость. Мы в основном работаем на экспериментальных животных. Влюбленность — это пока вприглядку, феромоны, еще что-то. Когда уже идет контакт skin to skin, то включаются совсем глубинные дофаминовые механизмы. Есть такой модельный вид — североамериканские полевки прерий. Полевки — маленькие мышевидные грызуны. Эти полевки моногамные. Почему они моногамные? Пары защищают свою территорию от других пар, спина к спине. Совершенно четко видно, как у них после первого спаривания меняются нейросети, связанные с выбором полового партнера, запечатлевается именно образ и запах своего самца или своей самки. Здесь играет роль дофамин. Это уже можно назвать любовью — когда прошли эти процессы. Но в принципе мы же даем слова, а эти слова обозначают порой что-то совсем эфемерное.

Источник: https://faunistics.com/mysh-polevka/

Ведущий. Грубо говоря, если после секса вы не разбежались, то это уже можно считать хотя бы началом некой любви.

Вячеслав Дубынин. В общем да. С другой стороны, мы же люди, у нас секс может быть через несколько месяцев, а то и через несколько лет. Чего только не бывает. Например, была совершенно платоническая школьная любовь, потом вы через 5 лет встретились на юбилее своего выпуска из школы, шарахнула искра, вы ушли вместе и сказали семьям: «Пока, извини, первая любовь». Чего только не случается.

Ведущий. Раз мы заговорили о возможности того, что секс может быть отдален, с религиозной точки зрения приходится выжидать долгое время до свадьбы, раньше еще была помолвка, тебе приходилось целый год ждать. Вредно сдерживать свои сексуальные позывы?

Вячеслав Дубынин. Нет. Физиологи совершенно не против этой ситуации. Она соответствует тому, что случается в природе. Самцам приходится не то что месяцами, а порой и годами ждать какой-то возможности. Если мы говорим о женском организме, забеременела — тут уж не до секса, выделяемый пролактин может запросто сшибать либидо, хотя тоже не всегда. Бывает по-всякому, все мы очень разные. Процесс беременности — совершенно уникальная гормональная история. Недаром говорят, что есть мужчины, женщины и беременные женщины. С точки зрения эндокринологии и иммунологии это отдельный статус. Во время беременности нарастают эстрогены, а они являются фактором, который усиливает либидо. Получается, что кому-то во время беременности вообще не хочется, а кому-то только давай. Все мы разные. Нужен хороший доктор, который скажет: «Нельзя вам заниматься сексом, потому что у вас уже седьмой месяц, можете нанести ребеночку травму». Воздержание — отдельная штука. Если мы говорим о мужских организмах, когда идет наполнение семенных пузырьков, включается механизм, который тормозит выработку сперматозоидов. Еще в XIX веке был исследователь по фамилии Тарханов. Он очень подробно все это изучал. Но все равно показал, что переполнение семенных пузырьков поначалу повышает уровень либидо. Это называют эффектом Тарханова. Если вы наберете в сети, то вы это увидите. Правда, он работал на лягушках, как Базаров.

Ведущий. Я хочу обратиться к одному из ваших тезисов. Мне очень интересно, каким образом можно измерять любовь? Давайте поговорим об этом поточнее. Вы кладете человека в томограф, что дальше? У вас там шкалы? Он влюблен на 10% или на 50%? Или как это происходит?

Источник: https://www.facebook.com/mishkaschool

Вячеслав Дубынин. Это все непросто. Вам нужно набрать статистику, которая будет как-то коррелировать с психологическим опросом. Человек говорит, насколько он влюблен в своего партнера по десятибалльной шкале. Он говорит, что у него сейчас страстная безбашенная любовь, 10 из 10 баллов. А кто-то говорит, что только на 60% из 100%. А кто-то говорит, что на 80%. Вы набираете 100, а лучше 1000 таких историй и строите корреляцию психологического отсчета, физиологии (как забилось сердце), современных методов, когда вы видите, насколько активируется наш главный центр положительных эмоций. Он называется по-латыни nucleus accumbens, по-русски — прилежащее ядро прозрачной перегородки. Буквально есть технологии, когда начинают показывать фотографии, в том числе фотографию вашего партнера. Так можно померить и уровень любви, и уровень ненависти. А еще дальше начинают тасовать фотографии: на этой фотографии глаза, как у вашего партнера, а здесь — нос, а здесь — еще что-то. Все это изучается, можно померить. Или даются такие задания: представьте себе, что ваш партнер вам изменяет. Мне недавно попалась японская статья, они каким-то образом уговорили японок, лежа в томографе, воображать мужскую измену.

Ведущий. Интересно, что же там тогда активировалось?

Вячеслав Дубынин. А там активируются центры негативных эмоций. Степень активации зависит от вашей вовлеченности, привязанности. Ревность — это оборотная сторона моногамии. Раз вы вкладываете в кого-то столько ресурсов, вы начинаете распространять на этого человека свое право, как на территорию.

Ведущий. Ревновать более чем естественно.

Вячеслав Дубынин. Это буквально оборотная сторона моногамии. Мы видим в мире животных абсолютно то же самое, сцены ревности присутствуют у моногамных полевок, у птиц моногамия очень распространена, там тоже сплошные сцены ревности. К сожалению, это проявление негативной эмоции, когда твои чувства оказались несколько повреждены. Мы видим, как включаются центры отрицательных эмоций, они же тоже существуют. Есть амигдала, есть инсулярная кора, они возбуждаются.

Ведущий. А понятие флирта? Это что-то, что должно привести к акту любви, но мы прекрасно понимаем, что это не приведет. Например, ты строишь глазки своему коллеге, зная, что ничего у тебя с ним не будет, потому что у тебя есть жена или муж и трое детей.

Источник: https://xn--90ailsaobcfbu5g.xn--p1ai/amygdaloideum

Вячеслав Дубынин. Здесь добавляется еще игра. Мы ведь играем. Йохан Хейзинга написал «Человек играющий» не просто так. Философы обычно выдирают из контекста одну потребность и говорят, что это главное: агрессия, любовь, игра. Флирт — это любовь на фоне игры. Хейзинга как раз очень хорошо описывает, что является признаками игры. Это что-то, происходящее в специальном месте, абсолютно свободно и понарошку, не по-настоящему, как некая тренировка. Но при этом игра все равно дает нам положительные эмоции. Мы так замечательно устроены, что, не делая ничего реального, можем из этой системы вытаскивать позитив. У животных это тоже есть. Хейзинга пишет о том, что играют животные, не культура наша порождает игру, а вся наша культура порождена игрой. И это правильно. Он пишет, что, если копнуть, то в основе и войны, и юридических процедур, всегда присутствуют какие-то игровые моменты, ритуалы.

Ведущий. Все родом из песочницы, грубо говоря.

Вячеслав Дубынин. Играть полезно. Играя, мы тренируем те навыки и программы, которые в какой-то момент нам понадобятся по-настоящему. Козлята бегают по лужайке, потому что им нужно будет потом убегать от волка. Но они не только бегают, а еще бодаются — прозванивают программы иерархии, половой конкуренции. Потом им это понадобится. Сам козленок это не знает, но это знает его большой мозг, который говорит: «Надо протестировать эту программу».

Ведущий. Поэтому и детишки тоже играют, кто в войнушку, кто в дочки-матери.

Вячеслав Дубынин. А кто и в свадьбу. Конечно.

Ведущий. Давайте посмотрим на любовь с другой стороны. Буддистский подход. Любовь, романтические отношения — это источник страданий. Физическое влечение порочно само по себе. Есть ли в этом что-то разумное? Может, действительно она несет во многом негатив?

Источник: https://en.ppt-online.org/162153

Вячеслав Дубынин. Если мы начинаем отрываться от источника нашей привязанности, то возникают негативные эмоции. Есть информационная теория эмоций, ее придумал П.В.Симонов — академик, один из моих учителей и преподавателей в университете. Она является всемирно признанной. Эта теория о том, что наш мозг оценивает не только то, удалось или не удалось нам удовлетворить какую-то потребность, но оценивает то, что удовлетворение становится более вероятным и менее вероятным. Это важнейший источник эмоций. Вы ухаживаете за девушкой, дарите ей букет, она его благосклонно принимает, ваше сердце поет. Тут еще нет никакого секса, но вы приближаетесь к тому, чтобы появились какие-то отношения. Или ей не понравился этот букет, ваше сердце разбито, потому что вы удалились от цели. Если что-то идет не так, то мы способны испытывать мощнейшие негативные эмоции. В буддизме акцент сделан именно на негатив: сиди и не отсвечивай. Иногда у меня такое ощущение, что такая религия могла появиться там, где очень много людей. Поэтому сидишь, медитируешь, не бегаешь и не наступаешь никому на ноги. Д.Андреев в «Розе мира» на основе своих видений, которые были у него, когда он сидел во Владимирской тюрьме, как раз пишет про то, что Будда создавал все это в очень плохую эпоху, поэтому в этом столько негатива. Этот акцент на негатив связан с тем, что в любви много негатива. Мы берем Шекспировские страсти-мордасти, Ромео и Джульетта — двойной ужасный подростковый суицид.

Ведущий. Маленькие дети.

Вячеслав Дубынин. 12 и 14 лет. Куда смотрели родители? Дездемона и Отелло — вот эта ревность, негативные эмоции. Очень много негативных эмоций. Там главный охранитель — серотонин. У нас есть еще одна замечательная молекула, которую обычно почему-то называют гормоном счастья, хотя в мозге он — не гормон, а нейромедиатор. Он не столько про счастье, сколько про несчастье. Он защищает нас от негативных эмоций. Если серотониновая система слаба, тогда вы от любви, от этих отношений испытываете слишком много ощущений, что все разбито, все поломано. Помните стихотворение В.Маяковского: «Приду в четыре» — сказала Мария. Восемь, девять, десять. Вот и вечер». А где же Мария?

Ведущий. Вот откуда появились бобыли, холостяки — чтобы оградить себя от лишних переживаний.

Вячеслав Дубынин. Возможно. Если у вас оборонительная реакция очень сильна, вы попадаете в образ премудрого пескаря из сказки Салтыкова-Щедрина, который не высовывается из норки. Прожил жизнь, а никто и не заметил; может, щука съела, но какой смысл щуке есть пескаря, да еще премудрого.

Ведущий. Мы уже потихонечку заканчиваем. Философский вопрос. Мы поговорили про буддизм, а есть же понятие христианской любви, любви ко всему, напрочь оторванной от сексуального желания, любви к ближнему, ни родному, ни маме, ни другу, жертвенной любви. Это можно как-то объяснить с научной точки зрения?

Источник: https://www.dw.com

Вячеслав Дубынин. Если вы свою привязанность распространяете не только на свою семью и даже не только на свое сообщество, стаю, а на весь мир, это расширение сознания дает христианскую любовь.

Ведущий. Можно любить весь мир?

Вячеслав Дубынин. Да, если вы как следует над этим будете работать и медитировать. Есть статьи о том, что католических монашек уговаривали лечь в томограф и воображать, как они молятся, обращаясь непосредственно к Христу. Те экстатические состояния, которые возникали (а они потом давали отчет о том, насколько удалось углубиться в молитву), активируют все тот же nucleus accumbens, который активируется при других видах сильных положительных эмоций.

Ведущий. Это сродни любви к вождю? Сколько женщин плакали, когда видели Гитлера. Недавно были похороны Ким Чен Ира, сколько там бедных кореянок рыдали и рвали на себе волосы.

Вячеслав Дубынин. Бывают ситуации, когда наши разные программы потребностей объединяются вместе, тогда получается совсем поток. Вождь может условно восприниматься как отец, папа, политический лидер, потенциальный любовник. Все это может быть вместе, когда на много кнопок нажимается. Это как раз азы и рекламы, и пропаганды. Сделайте так, чтобы тот объект, который предлагается, удовлетворял несколько потребностей. Тогда вы достигнете успеха. Вы предлагаете этого человека одновременно и как великого отца, и как великого зачинателя будущего поколения, и как защитника, и как исследователя («Товарищ Сталин, вы большой ученый»). Тогда получается…

Ведущий. Vidal Sassoon Wash&Go два в одном.

Вячеслав Дубынин. Единственное, что не удается — сделать его бессмертным. Поэтому многие истории в какой-то момент ведут к почти обожествлению — «он никогда не умрет». В древнем Египте был фараон, который прожил почти 90 лет. Средняя продолжительность жизни составляла 30 лет, поэтому подданные уже совершенно четко понимали, что он бессмертен. И когда он умер, то это был вселенский шок.

Ведущий. У нас В.И.Ленин до сих пор вечно живой лежит. Последний вопрос, с которого я начинал нашу программу, по поводу дофамина и почему его нельзя получать от одного и того же партнера. Во-первых, можно. И есть ли какие-то научные способы это сделать?

Источник: https://www.b17.ru/article/266323/

Вячеслав Дубынин. Дофамин надо получать за счет некоего поведения. Если вы будете его получать за счет введения дополнительных молекул, то это будет называться наркоманией. Дофамин завязан со всеми вариантами новизны, со всеми вариантами движений. Когда начинается секс, там куча дофамина: вы ощущаете тело своего партнера, при этом довольно активно двигаетесь. Потом, когда вы уже выходите на фазу плато, присоединяются эндорфины, окситоцин, получается очень мощный коктейль. Но если вы хотите держать дофамин на высоком уровне, вам нужно ставить какие-то цели кроме секса: вместе воспитывать потомство, заниматься какими-то проектами. Если вам повезло и на жизненном пути достался такой человек, то это прекрасно. Вам будет завидовать куча людей. Базовые моногамные программы все равно у нас есть. Как бы люди не хвастались своей полигамией и победами, исходная концепция Платона о том, что с кем-то нас разорвало пополам, существует не просто так. Поэтому всем могу пожелать найти свою половинку и дальше вместе с ней идти к вершинам жизни и к морю дофамина.

Ведущий. В конце нашей программы постоянная рубрика «Три источника». Порекомендуйте, пожалуйста, нашим зрителям что-нибудь почитать, посмотреть по теме.

Вячеслав Дубынин. Во-первых, займусь саморекламой — у меня есть книжка «Мозг и потребности». Там одна из глав посвящена отношению полов, одна из глав — детско-родительским отношениям.

Ведущий. Еще есть целый курс лекций.

Вячеслав Дубынин. Да. У нас на канале МГУ teach-in.ru есть курс моих лекций «Мозг и потребности», его можно посмотреть. У приматолога Франса де Вааля очень прочувствованные и глубокие книги, в которых он смотрит на все это с обезьяньей точки зрения. Он очень много пишет о высших проявлениях обезьяньего поведения и о том, как это выливается в нашей реакции, в том числе реакции привязанности. Есть еще книжка Мэтта Ридли «Секс и эволюция человеческой природы». Там очень много написано про животных, про то, как это трансформируется в эволюции от гермафродитного варианта к полигамному, от полигамии к моногамии, о том, какие причудливые схемы выбирают разные биологические виды.

Ведущий. Вячеслав Альбертович, спасибо вам большое за эту прекрасную беседу. Я узнал очень много нового для себя. Я не берусь делать выводы из нашего разговора, но надеюсь, что вы, дорогие зрители, их сделали. Делитесь ими в комментариях. А я надеюсь, что вы провели этот час с умом.

Мне скоро будет 34 года и меня спрашивают почему у меня что-то получается, какие-то проекты, ещё что-то. Я, очевидно, понимаю, что это конкурентное преимущество. Мозг свежее и быстрее думает, нет в этом необходимости и не надо тратить время и ещё деньги, и потом мыслишь не так свежо.

Вы недавно в интервью сказали, что стриптизёрши, у которых овуляция зарабатывают в полтора раза больше. Какие ещё вы знаете биологические лайфхаки, чтобы увеличить доход человека?

Источник: https://glavagronom.ru/news

Вячеслав Дубынин. Только не думайте, что я проводил эти эксперименты, в России это довольно сложно сделать. Это американские исследования, уже классические, мне кажется, эти лайфхаки касаются вообще отношения к жизни. Самое главное, то, что вы делаете должно быть вам интересно и от этого ваш доход, почти наверняка, будет увеличиваться. А дальше к этому прилагается умение сформировать команду или ориентация на собственную индивидуальность. Скажем в искусстве вы личность, и вы рисуете собственные картины и пишите собственные романы. А в бизнесе или в науке, по крайней мере в биологической науке, в нейробиологической науке без команды, без лабораторий никак, поэтому следующий уровень, это командная работа. Умение наладить контакт со своей командой и не бояться конкурировать с кем-то, кто встаёт у вас на пути и ещё много всего. Стрессоустойчивость, как же без неё в наше время, это целый список, такой красивый, сложный, такой коктейль, отчасти генетически заданные и отчасти приобретённые по ходу жизни благодаря добрым родителям, учителям, наставникам, просто пинкам из окружающей среды.

Павел Гительман. Предопределяет ли структура мозга индивидуума его жизненный успех?

Вячеслав Дубынин. Но, тут я должен посоветоваться со своим мозгом, у меня есть второй мозг. Ну, что ты скажешь? Видимо, конечно, этот фактор существует, но мы пока про него очень мало знаем. Наши методы исследования мозга настолько грубые, мы можем оценивать состояние миллионов нервных клеток, а порой за какую-то функцию отвечают несколько сот нервных клеток, где-нибудь в гипоталамусе какие-то гормоны выделяются и человек, например более агрессивен, менее агрессивен, более склонен заботиться о детях, менее склонен заботиться о детях. Поэтому уровень какой-то предопределённости, конечно, существует. А почему мы говорим именно структура мозга, откуда берётся структура мозга, она же с генами связана. Поэтому здесь правильно говорить о генетической предопределённости, которая дальше выражается и через анатомию мозга, и через его физиологию, через те молекулы при помощи которых нервные клетки обмениваются информацией. Поэтому, да, он существует, но с ним очень и очень непросто, и по мере развития томографических методов мы всё больше об этом узнаём. Но, конкретную структуру, конкретного мозга, конкретного человека мы не можем сейчас проанализировать без патологоанатомических методов, томографы это не ловят.
Наука пока, что однозначного ответа не знает, сто процентов чёрное или белое, поэтому для себя можно выбрать версию, что что-то может и влияет, но лучше на себя рассчитывать, а не считать, что какие-то гены тебя ограничили.
Гены задают некую нашу одарённость, предрасположенность к определённым видам деятельности. То, насколько мы к какому-то виду деятельности предрасположены об этом нам подсказывают наши эмоции. Нравится этим заниматься, не нравится.

Павел Гительман. Как функционирует мозг в условиях неопределённости? Почему одних неопределённость пугает, а других наоборот зажигает?

Вячеслав Дубынин. Эта разница, в том же бизнесе оказывается очень критичной, очень значимой. Потому что если для тебя даже маленькая неопределённость непереносима, то как ты будешь запускать новые рискованные проекты. Конечно, не будешь. Ты пойдёшь в организацию, где всё организовано, где иерархия, где есть должностные инструкции и будешь говорить, я маленький винтик в этой замечательной структуре, этим горжусь и счастлив. Точка этого баланса у всех разная. А дальше вы видите, что некий препарат, например слабый анксиолитик, снижающий тревожность, делает мозг более устойчивым к неопределённости. Эти препараты используются как лекарственные, вовсе не нужно корректировать мозг этими веществами, лучше убирать лишний стресс, но за счёт медитации, дыхания. Критическая точка неопределённости сдвигается за счёт любого дополнительного стресса. Если вы как-то убираете стресс, например связанный с вашими семейными делами, с вашим здоровьем, разные бывают источники стресса, то соответственно вы можете заниматься своим бизнесом в более неопределённой обстановке.

Павел Гительман. Есть какой-то лимит объема гормонов, который можно за день выработать? Например, я сегодня ходил на […], там растягивают человека, и он висит на растяжке, достаточно болезненная процедура, но после неё возникает интересное состояние. Происходит стресс для организма и потом такое ощущение, как будто бы ты вышел из медитации. Когда мы с ребятами обсуждали это, был такой тезис, я не помню какой гормон отвечает за стресс, что ты настолько много его испытал в определённый период времени, что в течении дня потом уже тебя никто не догонит, можешь спокойно работать. Есть ёмкость гормонов, которую максимально можно за день выработать?

Вячеслав Дубынин. Это всё индивидуально, потому что вы можете получить какой-то гормональный всплеск и работать на его хвосте, а можете получить всплеск, а после этого какое-то истощение в гормональной системе. Тут надо к себе прислушиваться. Когда вас так растянули, мне кажется, что здесь много чего работает, в частности боль во многом провоцирует выделение эндорфинов. Вас же растягивали в безопасной ситуации, вы же доверяли, вас не в пыточной камере растягивали, не на дыбе, а симпатичные, комфортные люди и, наверное, вам улыбались, поэтому вряд ли у вас выделилось много кортизола, а скорее у вас выделилось много эндорфинов из передней части гипофиза. Когда идёт болевая информация, то у нас происходит выделение эндорфинов, а они создают такое ощущение позитива, расслабления. Здесь я думаю эта штука играет. Об этом говорят люди, которые качаются аж до боли, а потом хорошо. Когда вы ещё и активно двигаетесь, то добавляется дофамин. Но, при этом вы должны следить за тем, сколько сегодняшнего ресурса вы истратили. Но, насколько я понимаю большинство гормональных систем так просто не истощить. У гормонов большой ресурс. Речь идёт об истощении гормональной сферы тогда, когда недели, месяцы, вот так. Скорее вы истощаете по ходу текущего дня информационные ресурсы своего мозга, эндокринную систему так просто не загонишь, она не лошадь, она более живучая штука.

https://ppt-online.org

А вот ресурсы мозга, особенно ресурсы, связанные с кратковременной памятью, с принятием решений, с гиппокампом, эта структура гиппокамп самая маленькая по информационной ёмкости и о ней, наверное, надо заботиться. То, что вы растянулись это прекрасно, вы сбросили много эндорфинов от вашего мозга, от этого вашему мозгу хорошо и вполне возможно этого всплеска вам хватит на целый день. Я недавно пережил подобный опыт. В Москве есть студия, которая называется «Йога критического выравнивания», замечательная техника, где тоже растягивают, но только не верёвочками, как вас тянули, а здесь вас ставят головой вниз, но вы опираетесь не на голову, а на плечи на специальной установке и от этого ваш позвоночник начинает потихонечку убирать те искривления, которые в нём накопились и на несколько часов вы ощущаете почти эйфорию. Слабое, приятное чувство, которое добавляет вам сил, оптимизма и прочее.

Павел Гительман. Существует такое мнение, что если человек окажется в стране, где все говорят на иностранном языке, то через какое-то время он тоже начнёт на этом языке говорить. Как этот механизм устроен?

Вячеслав Дубынин. Это то, что Павлов называл ассоциативным обучением. Наши основные сенсорные системы в основном расположены в задней части мозга. Затылок, это зрение, слух, это висок, кожная чувствительность, это темя. А в промежуточной зоне, между затылочной, височной и теменной корой находятся зоны, которые отвечают за целостный сенсорный образ. Там постепенно за счёт этих ассоциаций выучиваются нервные клетки, которые реагируют на все сенсорные признаки конкретного объекта. Например, апельсин, мы знаем какой он на вкус, на запах, как он выглядит и знаем, как он ещё называется на нескольких языках. Там прямо выучиваются такие нервные клетки не только у человека. Собака точно также, вы ей говорите, чтобы она принесла тапки, она вас понимает и несёт тапки, у неё тоже мультисенсорная интеграция существует. Просто в собачьем мозге ресурс этих нейросетей очень маленький и даже самые интеллектуальные собаки знают несколько десятков слов. Когда работали с шимпанзе, и работали с языком жестов, то набиралось до 500-700 и даже до 1000 слов. Шимпанзе также, как люди очень социальные. Поэтому говориться, что один шимпанзе, это не шимпанзе, точно также один человек, это не человек, мы растём в обществе, мы набираем речевую информацию от других людей, мы очень заточены на других людей, всё время смотрим на лицо другого человека, на его поведение, стараемся копировать. Недаром говорят о зеркальном принципе работы мозга, который в основе вообще нашей культуры обучения. На самом деле мы очень незначительную часть информации усваиваем за счет собственного опыта, а в основном мы смотрим, как это делают другие люди и именно это позволяет развиваться цивилизации, это же основа культуры. Те, кто философствует на этом уровне они говорят, что до появления идеи алгоритма зеркальных нейронов, информация от поколения к поколению передавалась на генетическом уровне, но это долго и мучительно. А тут вам достаточно посмотреть, как делает другой и повторить, и вообще классно. Наш мозг ничем не отличается от мозга древнего египтянина. Мы в мозг грузим совершенно другую информацию и пожалуйста человек 21 века.

Павел Гительман. А существует ли подсознание на физическом уровне?

Вячеслав Дубынин. Конечно. Наш мозг в основном, это подсознание. Есть аналогия, что наш мозг…

Павел Гительман. Я вас перебью. Я имею ввиду, что на физиологическом уровне можно ли как-то замерить, что оно существует? Это же некая теория. Нет же зоны, что вот здесь подсознание или есть?
Всё гораздо хуже. Вот наш мозг, у меня такой маленький мозг. Мы в простом варианте сравниваем мозг с компьютером. Но, на самом деле это сравнение довольно приблизительное и не точное. Точнее уподоблять мозг компьютерному центру, в котором реально работает несколько тысяч компьютеров. Кто-то занимается дыханием, кто-то занимается пищеварением, кто-то агрессией, кто-то любовью, кто-то строит бизнес планы, все эти центры работают. Наше сознание, наше я, это, по сути, пользователь, который находится в этом компьютерном центре, и он бегает от компьютера к компьютеру и смотрит, что получилось. Вот компьютер бизнес-планов, что он там насчитал, ну-ка давай к нему вернёмся, посмотрим. А вот у нас компьютер, связанный с едой, может мы уже есть хотим, потому что если вы к нему вовремя не подойдёте, то он начнёт подавать сигналы, сирены, гудки типа есть хочу, есть хочу, тут уже поневоле подойдёшь. Наше сознание это такой человечек, который бегает между этими тысячами компьютеров, считывает результаты, а в каких-то случаях может порулить их работой, поставить задачу, изменить параметры, что-то выключить, в каких-то случаях не очень может порулить. Например, гормон роста, от которого зависит вырастите вы на один метр 60 сантиметров, на один метр 80 сантиметров или на два метра. Его выделением управляет гипоталамус, часть головного мозга. Но, сознанию туда вход вообще запрещён, то есть просто чёрный ящик. Ни один йог усилием воли не сумел вырасти на 5 сантиметров и так далее.

Источник: https://www.psychologos.ru/articles/view/bessoznatelnoe

Павел Гительман. Существуют разные практики, которые говорят, что можно залезть в это бессознательно. Это действительно так? Гипноз и прочее.

Вячеслав Дубынин. Вы, например начинаете что-то вспоминать, какие-то ассоциации, вы, по сути, подходите к тому компьютеру, к которому вы никогда не подходили и говорите: «А что ты собственно делаешь?»

Павел Гительман. То есть это возможно? Возможно залезть в подсознание?

Вячеслав Дубынин. Да, возможно. По крайней мере считать информацию, но не факт, что именно этот блок, например скажет вам, а теперь можешь что-то изменить.

Павел Гительман. А вы делали над собой такие эксперименты? Пробовали? Какие-то упражнения делали?

Вячеслав Дубынин. А собственно, о каких упражнениях вы говорите?

Павел Гительман. Какие либо, которые помогали вам лично залезть в своё подсознание.

Вячеслав Дубынин. Отслеживание, например откуда у меня взялась эта сегодняшняя тревожность. Это как раз работа с подсознанием. Скажем идёт рабочий день, и вы чувствуете, что раздражены, что у вас агрессивность нарастает, то в этот момент самое время прекратить активную деятельность и залезть в подсознание. Почему я такой? Что случилось? Откуда ползёт этот негатив? Где образовалась дыра, через которую идут отрицательные эмоции. Это и есть работа с подсознанием.

Павел Гительман. У нас предыдущий герой Ася Казанцева и она ради популяризации науки сказала, что готова сняться в порнофирме. А на что вы готовы ради популяризации науки?

Вячеслав Дубынин. Я готов читать лекции по 40 часов в неделю, наверное. Порнофильм, как-то запросов не было. Да и возраст не тот.
Павел Гительман. Ася Емельянова решила продемонстрировать, как она букву рэ произносит и это было достаточно забавно.

Вячеслав Дубынин. Я тоже картавый, и я не выговариваю букву рэ, но я в какой-то момент, где-то в 20 лет усилием воли сказал себе если длинное рэ не получается, а просто рэ, рэ я могу сказать. И теперь я имитирую произношение этой буквы и как бы нормально, практически не слышно. Но, когда попадается слово, где много рэ, тогда проблемы, например аэродром или норадреналин, то тогда проблемы и тут становишься немного похож на Владимира Ильича Ленина.

Павел Гительман. А какое упражнение нужно сделать Асе или другому человеку, который плохо произносит рэ, чтобы добиться вашего результата?

Вячеслав Дубынин. Просто рэ, рэ, научитесь так говорить, вы не стремитесь выдать длинное рэ, настоящее, а просто рэ, рэ, рэ и всё и дальше выводим на уровень автоматизма, 10000 повторов и ваш мозжечок это запомнит.

Павел Гительман. Вы стали очень популярны на YouTube, ваши интервью набирают миллионы просмотров. Как это повлияло на вашу жизнь?

Вячеслав Дубынин. Честно, говоря не очень заметно сказывается. Конечно, я вижу реакцию коллег, в основном уважительную, потому что зависть, у нас на биологическом факультете не принята. Я воспринимаю свой научно-популярный этап жизни, как действительно этап. Сейчас я действительно почти треть своего времени трачу на то, чтобы вот это делать. Я благодарен судьбе за то, что этот этап в моей жизни существует, возможно это лишь этап, если он продлится 5-10 лет прекрасно. Я мечтаю о том, когда мне будет за 70 лет, если всё будет хорошо, как говорит одна моя знакомая, если Господь управит. Если Господь управит, когда мне будет за 70, то я буду писать книги, заниматься спокойными делами. Но, с другой стороны, благодаря сейчас онлайн, всей этой системе, выступать стало гораздо проще. Мы находимся в разных концах земного шара и прекрасно общаемся на пользу зрителям и надеюсь друг другу.

Источник: https://www.youtube.com/watch?v=GVYyUK2BuPQ

Павел Гительман. Действительно феномен спикеров на YouTube, которые говорят про науку он интересный. С одной стороны, это интеллектуально, потому что там люди смотрят развлечения, Тiк Ток или трэш, а здесь всё-таки полезный контент, который стал набирать достаточно большой объем внимания, среди других ваших профессоров, понятно что не очень комфортно себя сравнивать, но видно, что вы более харизматичный, более ярко говорите, можете упростить до разных сегментов или нет, или у вас любого посади перед телекамерой и он зажжёт и всем будет интересно?

Вячеслав Дубынин. Вы знаете, мне кажется, что второй вариант ближе к истине, потому что Московский университет то место, где не только студенты отбираются, но и преподаватели жёстко и строго отбираются, прежде всего мнением коллег, да и студентов, которым палец в рот не клади. Если человек читает поточный курс, то можно любого взять и посадить перед телекамерой. Что и делает, например постнаука. Они просто берут наших преподавателей, тот же самый teach-in посмотрите…

Павел Гительман. В постнауке вы самый популярный спикер, все самые популярные ролики с вашим участием.

Вячеслав Дубынин. Тут и тема такая, мне с темой повезло. Человек может очень увлекательно рассказывать про мхи или опорно-двигательный аппарат тритонов, но это не всех цепляет. А мозг, это такая штука, которая только по моему вирусологии уступает по популярности, а уйдёт коронавирус и мозг опять станет самым значимым.

Павел Гительман. МГУ или Гарвард?

Вячеслав Дубынин. Конечно МГУ, без вариантов. Начиная от моего не очень хорошего английского и кончая тем, что я всё-таки в этой стране живу, расту, говорю, общаюсь.

Павел Гительман. Продолжение рода или карьера?

Вячеслав Дубынин. Надо гармонично сочетать, потому что если вы не общаетесь со своими детьми и внуками, то вы лишаетесь какого-то очень важного компонента вашей жизни. Можно на время отодвинуть семейные забот ради какого-то прорыва, но потом обязательно к ним возвращаешься, иначе у тебя нет источника позитива. Когда у меня родилась третья дочка, ей сейчас чуть больше четырёх лет, это огромный поток положительной энергии, понимания, осмысленности, а зачем ты вообще живёшь на этом свете, существуешь. На самом деле цель жизни, биологическая цель жизни, это производство потомства. Вот мы паримся какие у нас цели, зачем мы пришли в этот мир. Люди, всё очень просто, вы пришли чтобы оставить детей, чтобы они дальше шли этой тропой. Всё остальное это следующий уровень. Мы можете создавать бизнес-проекты, произведения искусства, это уже следующий уровень. Но, первая, понятная, очевидная и ужасно позитивная задача, это оставить детей.

Павел Гительман. Мы сегодня коснулись многих важных тем и философских, и биологических, и по лидерству. Представьте, что у вас есть возможность ровно на одну минуту сказать, что-то, что услышат все люди, которые живут на этой планете, какую-то ключевую идею, ключевой смысл, которую вы бы хотели транслировать.

Источник: https://www.vseznaika.org/biology

Вячеслав Дубынин. Если вы будете лучше понимать себя от самых тонких психических процессов до особенностей питания вы и сами будете более счастливы, и окружающие будут тоже более счастливыми, не говоря уже о таком бонусе, как продолжительность жизни и прочее. Наверное, основная идея быть осмысленным пользователем своего тела, своего мозга, а для этого стремиться к знаниям и дальше узнав что-то претворять это в жизнь, пробовать на практике.

Павел Гительман. Мне было очень интересно. Для меня самое большое удовольствие было не только пообщаться сегодня и бесконечная подготовка, такое количество лекций, которые мне необходимо было прослушать, это точно потренировало мои нейронные связи. Спасибо за эту возможность.

Ведущий. Я чувствую себя просто трёхлетним. Боже мой!

Вячеслав Дубынин. И поэтому растения запасают солнечную энергию. Глюкоза – это батарейка для того чтобы запасти солнечную энергию. Они это прячут в виде сахара и в виде крахмала. В виде крахмала надежней и удобней. А потом приходим мы и  животные и сжираем растения,  отнимая эту самую глюкозу.  Поэтому она для нас так важна. А поскольку глюкоза – главный бензин, то наша эволюция вкусовой системы настроилась на эти молекулы и субъективно сообщает о наличии чего-то похожего на глюкозу сладким вкусом. И более того, раз это полезно, поскольку бензин, то  у нас так сконфигурированы мозги, что нам это нравится. Чтобы мы опять искали сладкое. В природе, понятное дело, никакого сладкого. Представьте, вы обезьяна в тропическом лесу. Где вы это сладкое в большом количестве найдёте?

Источник: https://edaplus.info/food-components/glucose.html

Ведущий. Ну, фрукты.

Вячеслав Дубынин. А на эти фрукты знаете сколько желающих? Ещё скажите мед, а там пчелы внутри сидят и очень вас ждут. Кстати, была замечательно передача про планирование поведения шимпанзе наперед. Шимпанзе идет за медом и берёт 3 орудия труда – большую палку, тонкую длинную палочку и ажурные листья. Подходит к заранее найденному гнезду пчёл, долбит здоровой палкой, проламывает дыру, суёт туда тоненькую палочку, вытаскивает, она в меду и быстро на эти листья.  Ещё, ещё, быстрей, быстрей. И тут пчелы вылетают, и шимпанзе убегает. Она спланировала. И это в природе. Такой сложный план с тремя орудиями труда. С ума можно сойти.  То есть шимпанзе тоже нравится, но где же вы это сладкое возьмёте? А в нашей человеческой цивилизации сладкого завались. И вот уже зависимость.

Ведущий. И вот опять тонкая грань. От оптимизации до…

Вячеслав Дубынин. И то же самое с солью, потому что  у наших предков явно соли, натрия хлора не хватало. Жили в тропическом лесу, а где там море? А натрий хлор нужен, потому что у нас это главная соль нашей плазмы крови. То есть нам в сутки нужно грамм 5 хотя бы. А где взять? И вкусовая система настроена на то, чтобы чуть-чуть солёное для нас было вкуснее, чем несоленое. А дальше опять же современная цивилизация. Соль купил килограмм и посыпает, и люди пересаливать начинают.

То, что эволюция создавала миллионы лет для жизни в тропической саванне, не очень годится для нашей цивилизации.

Ведущий. И тут вступает в силу какой-то разум, самоконтроль.

Вячеслав Дубынин. Да, тут вступает в силу этот самый самоконтроль и воля, потому что та наша личность, которая там у нас, она способна отслеживать наше поведение. То есть большой мозг, народ нашему правительству предлагает: «Давай это сделаем, давай это». И задача нашего сознания из этих предложений выбрать правильное, потому что вы открыли холодильник и в этот момент правительство должно насторожиться: «А что это мы пойдём к холодильнику?».

Ведущий. Оно должно ещё раньше насторожиться, потому что в холодильник-то ты что-то принес.

Источник: https://sovet-ingenera.com/tech/xolodilniki

Вячеслав Дубынин. Это тоже. Да. Ты можешь быть на диете, но при этом покупать в магазине шоколадки и так нежно пихать в холодильник, как будто не для себя.

Ведущий. А вот этот центральный процессор у нас существует? Вы говорите, что вот эти нервные импульсы кто-то направляет, некое ядро. Где оно находится?

Вячеслав Дубынин. Они бегают в зависимости от каких-то внешних стимулов, каких-то гормональных сигналов. Ну, как направляют? Вот у вас в крови упала концентрация глюкозы. Есть нервные клетки, которые реагируют на это снижение и начинает посылать импульсы.

Ведущий. То есть, это не как в микросхеме, когда есть центральный чип, который всё решает? Где вот эта программа записана? Это немножко по-другому работает у нас,  да?

Вячеслав Дубынин. У нас аналогией нашего мозга является не компьютер, а огромный компьютерный центр, где куча компьютеров решает каждый свою задачу, а какие-то вместе решают задачу. А наше сознание – это пользователь, который ходит по этому центру и пытается порулить этими компьютерами. И причём частью компьютеров можно рулить, то есть, как бы есть дисплей, есть клавиатура. Сел, действительно какие-то параметры изменил. Часть компьютеров – это просто дисплей, но без клавиатуры.  Типа, смотришь на это: « Ну да, что-то происходит, но ничего не могу с этим сделать». Тот же самый голод, ты не можешь его волевым усилием выключить. Он идёт себе и идёт. Я могу согнуть и разогнуть руку – вот полный контроль. А я не могу выключить чувство голода. Или, например, я вижу цвет своей кожи который зависит от расширения сосудов, но я не могу сказать сосудам: «Давайте, расширяйтесь, чтобы рука покраснела». То есть я вижу эффект, но я не могу им управлять. И есть ещё у нас такие блоки в мозге,  что мы даже не знаем, что они работают, функционируют и мы не получаем информацию об их параметрах. То есть, даже дисплея нет, просто стоит чёрный куб и гудит. Например, это вся  эндокринная система. Потому что все наши гормоны управляются всё  равно из мозга, но сознанию туда категорически вход запрещён. Ещё н один йог не смог усилием воли вырасти на 10 см,  хотя, например, функция роста организма тоже мозговая. Потому что есть гипоталамус, есть там всякие соматолиберины.

Ведущий. Возможно ли, что эволюционируя миллионы лет, мы научимся это делать?

Вячеслав Дубынин. Если это надо. А вот знаете, есть  такая индийская притча. Сейчас попробую воспроизвести.

Источник: https://thepresentation.ru/biologiya

Ведущий. Там есть слово «карбюратор»?

Вячеслав Дубынин. Нет, но я могу его вставить. Ученик пришёл к учителю и сказал: « Я взял карбюратор и вместе с ним научился ходить по воде. Это же круто». И учитель сказал: «Сколько ты учился?». «Ну, 10 лет». На что учитель сказал: «Слушай, я плачу монетку перевозчику, лодочнику и получаю такой же результат. Может быть эти десять лет можно чем-то другим заниматься, более полезным? На что тратить силу?». Зачем нам нужно самим  контролировать рост, если мы можем придумать соматотропный гормон, в смысле, ввести если нужно и помочь ребёнку, у которого эта система поломана и которой там 50 лет назад вырос бы карликом, а здесь мы вводим этот гормон и всё нормально. Просто надо вовремя сделать анализ, что, собственно, сейчас и делается. Вот ребёнок родился, первая капелька крови из пяточки – это проба на соматотропный гормон, гормон роста и на тироксины, потому что если не будет тироксинов и поломана врожденно щитовидка, то будет кретинизм, то есть не будет мозг нормально развиваться. Поэтому надо прям сразу давать тироксины. И делают, и как бы, не проблема. Всё. Мы уже что-то  умеем чинить, потому что мы понимаем, как это работает. Но это десятилетия исследований, это синтез тех молекул, которые могут заменить что-то поломанное у нас в организме. Это путь науки и путь медицины.

Ведущий. У меня есть любимая байка про учительницу. Она говорила, что она потеряла память и потом она занималась восстановлением памяти и показала нам трюк один. Когда  я забыл слово «карбюратор». Она говорит: « Вы должны сжимать и разжимать ладонь левой руки, тогда вы быстрее вспомните».  У меня наконец-то есть человек, который может ответить на механизм этого. Это ерунда или это правда так? Как это работает?

Вячеслав Дубынин. Я думаю, что это запросто может работать. С таким же успехом вы могли бы представлять вершину Эвереста или ещё что-то. То есть входить в некое состояние, когда возникает такой процесс-помощник.  Помощник для ваших центров памяти. Потому что для того чтобы вы вспомнили нужно чтобы заработала куча структур, гиппокамп в том числе. И вы должны туда направить активацию и если вы умеете это делать, например, сжимая и разжимая руку. Поскольку вы уже тренировались, воспоминая и  параллельно сжимая и разжимая руку, то ваш мозг установил вот эти траектории для передачи нервных импульсов между центрами, которые управляют рукой и центрами, связанными с воспроизводством памяти. И вот такая условно-рефлекторная связь, как говорил Павлов,  запросто может работать.

Ведущий. То есть это не то, что универсальный приём, который активизирует какие какие-то центры вне зависимости от тренировки.

Вячеслав Дубынин. Мне не кажется, потому что зона нашей руки расположена в задней нижней части лобной доли и  специфично с центрами памяти не связана.  Но это и не надо.

Ведущий. Это помогает.

Вячеслав Дубынин. Ну, хорошо. Так вы же тренировались. Есть же биологическая обратная связь, такая техника, которая позволяет человеку научиться контролировать своё кровяное давление, что обычно не так просто. И йоги 10 лет медитируют. Это как выглядит? Вы сидите перед дисплеем, и там летит по экрану воздушный шар, на нём какие-то симпатичные человечки. А у вас датчики по телу. И ваша задача – найти такое состояние, чтобы этот шар приземлился. И вы пробуете разные состояния и, как правило, оказывается, что надо как-то так правильно расслабиться. Ну, может задышать как-то, сесть как-то правильно. Каждый сам под себя подбирает, под свой уникальный организм. И по ходу таких повторных тренировок всё быстрее и быстрее сажает этот воздушный шар. А дальше оказывается, что высота полёта шара — это на самом деле ваше кровяное давление и вы это визуализируя, создаёте некий механизмом в мозге и дальше вам уже даже не нужно сидеть перед дисплеем, вы просто в момент стресса представили, как вы сажаете шар.

Ведущий. Грубо говоря, рука – это не универсальное решение. Я мог ногой шевелить, мог нос трогать. Это просто ассоциативное действие.

Вячеслав Дубынин. Я могу сказать, что поскольку движение пальцев вызывает большую активацию подкорковой зоны, то это хороший ход. Рука для нас очень значима.

Ведущий. А что такое левополушарные и правополушарные люди? Это бред?

Вячеслав Дубынин. Нет. Ну что вы. Это очень длинная и очень интересная история. Она про специализацию разных отделов мозга. У нас есть отделы, которые обладают врождённо заданной функцией, например, дыхание или зона управления рукой. Есть нервные клетки, которые врождённо под это заточены и если не дай Бог в этой области инсульт, то у вас будет проблема именно с этим движением. А есть огромные зоны нейронов, которые почти пустые, то есть эти сети дальше могут запомнить что угодно. В частности это центры, связанные с мышлением и с формированием у нас в мозге как бы такого слепка информационного мира. Когда мы запоминаем что-то – это образное мышление, вербальное мышление. И дальше оказывается, что у разных людей по-разному. У нас вообще-то два полушария и они очень мощно соединены друг с другом нервными волокнами. То есть они запросто могут работать, как единое целое. Но при этом всё-таки если одна функция и в правом и левом полушарии разделена, то  вам придётся гонять сигналы  туда-сюда, то есть лишняя логистика и это получается немножко медленнее. Поэтому оказывается довольно выгодно сделать так, чтобы правое полушарие занималось  одной задачей, а левое какой-нибудь другой. Но в принципе можно эти задачи размазать по двум полушариям. Если они у вас размазаны по двум полушариям, то у вас нет вот этого право-левого полушария, а если они у вас сосредоточились то там, то там, например, у правши довольно часто функция абстрактно- логического мышления завязана на левое полушарие, потому что у нас же всё  перекрещено и главной правой рукой, если вы правша, управляет левое полушарие и с левым полушарием довольно часто завязана абстрактно-логическая активность, мышление, математика. А тогда на функцию образного мышления  остаётся правое полушарие, которое управляет субдоминантной  левой рукой.

Источник: https://golovnie-boli.com/bolezni-golovnogo-mozga

В своё время это заметили ещё в семидесятые годы прошлого века, когда разрезали этот самый пучок волокон, который соединяет полушария. Он называется  мозолистое тело. То есть это не секрет. А разрезали мне просто так из любопытства, это же живые люди, а естественно по клиническим показаниям.  Потому что есть такая штука эпилепсия и при эпилепсии существует очаг  патологического возбуждения. Чаще этот очаг видно,  вот он в этом месте находится и тогда с ним гораздо проще работать. Но бывают люди, у которых практически все большие полушария – это эпилептический очаг. С ними гораздо сложнее, их лекарствах уже берут и возникла идея чем-то похожая на идею атомной бомбы. Помните? Если соединить два куска урана, то она бабахнет, а если развести, то не бабахнет. А давайте мы разрежем мозолистое тело и как бы уменьшим критическую массу нейросети, и может быть тогда уйдут эпилептические припадки. Хрясь и разрезали. Хирурги ведь люди такие. Давайте мы вам это отрежем, какие проблемы. И возникла эта технология и некоторое количество пациентов так прооперировали и вот в этот момент в явном виде обнаружили, что у части таких пациентов одно полушарие занимается этим, а другое тем, потому что в момент разрезания мозолистого тела вдруг у человека возникает расщепление его личности. То есть теперь уже эти две зоны  работают не совместно, а правое полушарие остаётся эмоциональным, но немым, а левое более спокойным и может говорить. К больному пациенту приходит жена его навестить и правое полушарие почему-то на неё обозлилось и пытается левой рукой жену стукнуть, а левое полушарие  правой рукой левую руку держит.

Ведущий. Какой треш!

Вячеслав Дубынин. И картинки можно показывать так, чтобы попадали в одно и в другое полушарие. Есть  такой замечательный американский нейрофизиолог Майкл Газзанига, который участвовал в этих работах и он и его учителя тогда придумали вот эту штуку под названием доминантность полушарий, и всё это началось в семидесятые годы. Я как раз тогда студентом ещё был. И совсем недавно перевели на русский язык книжку Газзанига  под названием «Кто главный» и он в этой книжке честно пишет, а что за 40 лет случилось с этой идеей доминантности полушарий. И она на самом деле трансформировалась в гораздо более сложные представления, но главная идея именно в этом. То есть в принципе можно одну и ту же функцию размазать по двум полушариям и  тогда тоже есть свои плюсы, потому что вы взаимодействуете с большим количеством нервных центров.

А можно сосредоточить только в правом или только в левом. Это ход, связанный  с конкретным воспитанием, средой и так далее. Например, в европейских языках эта доминантность полушарий получается довольно легко. И у большого процента людей это можно заметить, особенно у явных правшей. А, например, у китайцев или у вьетнамцев, у которых тональный язык этого вообще практически нет. Там язык настолько связан с образным мышлением и тем более иероглифическое письмо, что это оказывается ни к чему. И связь с как можно большим количеством структуры видимо оказывается более оптимальным вариантом.

Ведущий. То есть это опять-таки реакция мозга на среду, на информацию?

Вячеслав Дубынин. Да. Конечно. Именно тех зон, которые способны научиться менять свои свойства. Но мы сейчас в очень тонкие сферы залезли. Если слушателей это интересует, то я рекомендую обратиться к первоисточнику, книжке Майкла Газзанига, он очень хорошо про всё это пишет. Такой очень мудрый, всемирно признанный американский нейрофизиолог честно рассказывает, во что это всё вылилось и как это дальше движется, потому что на самом деле и с принятием решений та же самая история и с очень многими функциями. Даже когда мы на животных смотрим, мы видим подобные истории. То есть бывают животные, которые точно все правши или точно левши.

Я как-то был у Николая Николаевича Дроздова на передаче «В мире животных» и мы как раз эту проблему обсуждали. Все белые медведи почему-то левши. То есть у них доминантная левая лапа. А вот наши любимые белые крысы пополам, то есть у них видимо среда. У нас есть специальный тест на определение правшества и левшества белой крысы. Это бутылочка с узким горлышком и там немножко вкусняшек. И какой лапой крыса полезла – это правша или левша. Это её индивидуальное личное свойство.

Ведущий. А эволюционно что сильнее? Наверное, когда пополам разделено. Получается вариативность, ведь две же конечности.

Вячеслав Дубынин. А с другой стороны специализация – тоже хорошо.  Как раз конкуренция, универсальность и специализация вообще пронизывает всю эволюцию.  Есть целый ряд мотивов, которые дают здесь пользу или здесь пользу. Так же как укрупнение размера тела и уменьшение размера тела. То есть быть большим – это круто, но тогда тебе нужно больше пищи.

Ведущий. Ты больше энергии тратишь.

Вячеслав Дубынин.  Да.

Ведущий. И что лучше – не поймёшь.

Вячеслав Дубынин. А что лучше – это во многом определяется конкретными условиями, когда эволюционирует вид и теми мутациями, которые эволюция смогла поймать.  Потому что если ты поймал какие-то мутации, которые создают тебе какую-то специализацию и эта специализация помогает, то это закрепится, а не поймал, значит сидишь как есть, и тоже пытаешься выживать.

Ведущий. Вы говорите про то, что мозг лидеров и мозг подчинённых – это разные вещи.

Вячеслав Дубынин. Прям так и говорю?

Ведущий. В смысле – чем они отличаются. Они отличаются чем-то – мозг лидеров и мозг подчинённых?

Вячеслав Дубынин. Это название для лекций. А на самом деле получается, что у нас есть сфера наших биологических потребностей – еда, любовь или любопытство.  Вот одна из сфер – это сфера, связанная с иерархией и там на самом деле сосуществуют три очень большие группы программ. Первая – быть лидером. Хотя бы в своей песочнице и польза понятна. Вторая программа тоже из этой же области – найти себе образец для подражания, то есть быть подчинённым не в каком-то плохом политическом смысле, а реально найти учителя и найти эталон, с которого вы за счёт зеркальных нейронов будете считывать какие-то поведенческие программы. И это же тоже очень круто. И третья группа программ, которая в том же блоке – это если вы с кем-то находитесь на одной ступеньке иерархии, вы довольно  ревниво просматриваете – как бы ему не досталось больше. Это программа справедливости или немножко зависти.

Ведущий. Эго.

Вячеслав Дубынин. Во всяком случае, одно из проявлений. Дальше получается, что в мозге каждого из нас все эти программы установлены с некой индивидуальной,  уникальной яркостью. Условно 100% — это мания, «я хочу завоевать мир», как мультяшные персонажи. И у вас от этих 100% соответственно 60. А программы подчинения и встраивания в иерархию, типа «я хочу найти вожака стаи, который  сделает нас всех счастливыми и все мы как одна семья» –  это как бы другая. И тоже это с какой-то  активностью у вас установлено. И третья программа справедливости тоже.

Говорить «мозг лидера и мозг подчинённого» – это выбирать крайние варианты. Существо, у которого лидерство, а подчинения совсем чуть-чуть или наоборот, лидерства мало, а подчинение очень явно. А можно сказать «мозг – справедливый». И, пожалуйста, будет прекрасно.

Источник: https://yachichurova.livejournal.com/category

Ведущий. А мы вообще о каких отделах говорим? Где это?

Вячеслав Дубынин. Это прежде всего такая штука, которая  называется миндалина или по-латыни «амигдала». Это не та, которая в горле, а та, которая у нас внутри височных долей мозга. И это зона, которая очень серьёзно отвечает за самые разные варианты социального взаимодействия и здесь даже на анатомическом уровне уже сейчас показано, что чем крупнее у вас миндалина, тем больше у вас контактов в вашем смартфоне, например. То есть вы более социальный человек. Это во многом задано генетически. Во всяком случае вот такая структура. Мы говорим миндалина, а там на самом деле дюжина более тонко специализированных структур и кто-то отвечает, например, за чувство собственности, кто-то отвечает за эмпатию, а кто-то за лидерство, подчинение и справедливость.

Ведущий. Правильно ли будет сказать, что не все способны быть лидерами именно на физиологическом уровне? Или это не корректно?

Вячеслав Дубынин. Думаю, что это не очень корректно. Не всем хочется быть лидерами, потому что то, о чем мы говорим – это сфера потребности.

Ведущий. То есть вы про способность, про желание.

Вячеслав Дубынин. В принципе если вы даже не очень лидер, но вас аккуратненько воспитывают, то вы вполне себе в лидеры выйдете. Но если вы очень лидер, а у вас эта потребность не удовлетворяется, вы, скорее всего, будете чувствовать негативные эмоции. Потому что когда потребность удовлетворяется – позитивные эмоции. Есть же оборотная сторона. И тогда вы начнёте, как это психологи говорят,  сублимировать в другие сферы. Как бы на работе не получается, так хоть в семье потиранить. В семье не получается, ну и не надо, собаку завёл, гуляешь и пинаешь. Или просто пишешь хейтером в сети.

Ведущий. Так это проклятье получается?

Вячеслав Дубынин. Понимаете, вся сфера потребностей – это действительно глубинная подсознательная сфера и задача нашего сознания – всё это осознать и сказать: « Ну да, я уродился с мозгом лидера, а у меня вот не получается. Примем это как факт, и уже не будем париться».

Ведущий. Это не возможно. Мы же не монахи.

Вячеслав Дубынин. Приходится садится на красивый холм и медитировать. А как иначе? А иначе вас эта негативная эмоция сожрёт.  Если негативная эмоция идет – значит, стресс, значит с мозгами всё хуже, с гормональной сферой всё хуже и это система с положительной обратной связью. Помните Моцарт и Сальери? «Я – завистник».  Пушкин фантастично обыграл, у него во множестве его произведений прямо показано – вот она эта потребность. Особенно, конечно, «Маленькие трагедии», потому что там каждый раз персонаж помещается в какую-то очень такую экстремальную ситуацию. И вот Моцарт на одной ступеньке с Сальери и вот он завистник. И он умирает от этой завести и единственный выход – убить Моцарта. И даже ты убил, и всё равно мало что изменилось, ведь произведения-то остались. И как последняя фраза: «Ужели я не гений?». Легче-то намного не стало. Это литературный персонаж. Сальери сыграл немножко другую роль в жизни Моцарта.

Ведущий. Я часто говорю  про счастье, про спокойствие, про работу с эго.  Это несколько другой взгляд. Это бывает даже физиологическая предрасположенность к зависти.

Вячеслав Дубынин. Прошлой осенью меня позвали на съезд экзистенциальных психологов. И они меня попросили прочесть доклад о физиологии зависти, ревности и вины. И я говорю им: « Слушайте, а вы думаете это исследовано физиологическими средствами?». Они говорят: «Вроде да».  Это было в октябре, в августе я лезу в интернет, в эти базы данных и нахожу десятки статей,  посвященных этой проблеме, проблеме того, как это генетически задаётся, потому что и это тоже уже кое где, ревность та же самая. Есть такой термин — синдром Отелло. И какие отделы мозга с этим завязаны. И мы всё больше и больше про это узнаем. Но опять же также как мы говорили про Альцгеймера   это всё не детерминированность, а лишние вероятности. То есть у вас такой вариант такого-то гена, значит вы с большей вероятностью будете ревнивы. У вас такой вариант такого-то гена, значит, вы с большей вероятностью будете изменять своей жене и так далее.

Ведущий. Зачем эволюционно нужно чувство ревности  и зависти?

Вячеслав Дубынин. Это достаточно простой вопрос. Он имеет отношение к тому, что называют территориальным поведением и к ресурсам. Ещё Дарвин говорил, что одна из главных проблем – это недостаток ресурсов. То есть нас слишком много, а еды слишком мало. Нас слишком много, а нор или пещер для того чтобы жить тоже слишком мало. Соответственно, возникает поведение, которое направлено на защиту своей территории. А дальше подобного рода ситуации возникают вообще когда есть дефицит ресурсов и в частности по ходу нашего моногамного поведения. В принципе две основные стратегии размножения – полигамное и  моногамное. Полигамное более древнее.  Самец стремится оплодотворить побольше самок, а самка стремится получить сперматозоиды от большего количества самцов. И тогда смысл-то какой? А смысл-то в потомстве, в таком варианте генотип  потомства будет с большей вероятностью более оптимальным.

Потом возникают варианты моногамного поведения, когда самец уже привлекается к заботе о потомстве, самка и самец совместно долго выращивают потомство. Это далеко не сразу в эволюции появляется, это в основном у теплокровных, потому что пока ты лягушка или ящерица, детёныш сам может прожить, ему не нужно много энергии. А если ты теплокровное существо и не только твой мозг, но весь твой организм каждую секунду съедает кучу глюкозы, потому что надо хотя бы разогреться до этих 36°, здесь без родителей никак. И от родителей требуется эта самая забота и порой самки просто не хватает. Это особенно явно видно у птиц, потому что когда птицы выкармливают птенцов там вообще колоссальная нагрузка на маму и папу. И там как раз пара работает спина к спине. И очень часто видны длительные многолетние моногамные пары.

У млекопитающих это не так жёстко и моногамных вариантов меньше.  Но Homo sapiens судя по всему именно такие. И кстати одно из доказательств нашей моногамности – это скрытая овуляция. То есть яйцеклетка когда идёт, то у нормальных млекопитающих не моногамных это всячески манифестируется,  запахи, крики, физиономия или другая часть тела краснеет.  Например, у многих обезьян. То есть яйцеклетка не должна пропасть. Идет такая рекламная акция: « Мужики, у меня овуляция. Давайте, собирайтесь, а я буду из вас выбирать, кто круче всех» и так далее. А у Homo sapiens скрытая овуляция, яйцеклетка идёт так, что ничего не краснеет никаких феромонов. Хотя психологи и социологи  проводят анализы, что женщины всё-таки в дни овуляции неосознанно одеваются более эротично.

Ведущий. Серьёзно?

Вячеслав Дубынин. А как же?

Ведущий. А мне кажется наоборот они себя не секси чувствуют.

Вячеслав Дубынин. Нет. Посмотрите литературу. Вы, кажется, путаете фазы. Скрытая овуляция – это один из показателей нашей моногамности и моногамии. И моногамия в Homo sapiens нужна, потому что человеческий детёныш очень долго растёт и взрослеют. Поэтому хотя бы эти 5-7 лет необходимо.

А дальше если вы живёте со своим партнёром долго, вы на него начинаете вот это территориальное поведение тоже распространять. То есть не только эта территория, эта пещера ваша, а и  человек тоже ваш. И вы соответственно начинаете агрессивно реагировать, если вас лишают  вашей пещеры, вашей территории или вашего партнёра. И это абсолютно точно также наблюдается у моногамных птиц. То есть если у ласточки-береговушки самец долго был в отсутствии, то самка ему устраивает скандал: «Ты где вообще шлялся?». А если самка была долго в отсутствии, то самец на всякий случай с ней тут же спаривается. Поэтому ревность – это вовсе не человеческая придумка. Она вообще является как бы оборотной стороной моногамии.

Ведущий. То есть ревновать тоже нормально?

Вячеслав Дубынин. Да ну. Но только всё должно быть в разумных количествах. Вот это «бьет – значит, любит» говорит о значительной степени привязанности, порой переходящей какие-то разумные пределы. Дальше приводим в пример Отелло, у которого темперамент ого-го и который придушил несчастную Дездемону.

Кстати, слышали про вариант сюжета «Отелло»? Что на самом представьте, что Яго не просто какой-нибудь этот самый сплетник, а агент Османской империи, у которого была задача вывести из строя ведущего полководства венецианского. И он, соответственно, всё это затеял для того чтобы… И тогда весь сюжет приобретает осмысленность. Вот там какой подтекст – политика.

Ведущий. Я слышал подкаст про секс и там была очень точно высказана мысль, что секс и вообще много  чего в нашем поведении – это очень первобытная вещь. У нас очень много первобытных нужд.

Вячеслав Дубынин. Это и есть биологические потребности.

Ведущий. И при этом у нас есть сознание. И вся наша жизнь – найти баланс между нашим первобытным и нашим как бы духовным, назовём это так.

Вячеслав Дубынин. Так и есть, наше сознание – это наше правительство, куда ни копнешь. А наши потребности – это вот эти самые регионы, у каждого из которых своё, потому что Камчатка говорит: «Мне нужны деньги вот на это», а какой-нибудь Норильск говорит: «А мне нужны деньги вот на это».  А Калининград говорит…  Они же ещё  конкурируют друг с другом, а ваша задача дать деньги,  то есть допустить на поведенческий уровень только одну самую актуальную программу или вообще никакой не допустить,  сказать: «А у нас сейчас вообще медитация, перерыв, все свободны, пока сами».

Ведущий. Поэтому, наверное, и нужны психологи в таком количестве?

Вячеслав Дубынин. Конечно. А как же? В принципе любой из нас по ходу жизни должен стать таким осмысленным пользователем.

Ведущий. Конечно. Но мы должны получить инструмент от кого-то.

Вячеслав Дубынин. Да, психологи и физиологи рука об руку. У нас нет конкуренции и мы вместе про одну и ту же проблему говорим. Потому что физиологи на самом деле находятся в более легком положении.  Мы говорим об общих принципах, а бедный психолог дальше должен это применить к конкретному клиенту, к конкретному человеку. Это гораздо сложнее.

Ведущий. Потому что он каждый раз индивидуален. Свое прошлое, свой драматичный опыты и так далее.

Вячеслав Дубынин. То же самое в медицине. То есть мы, физиологи, читаем лекции о мозге и медикам, и психологам. То же самый медик дальше несёт это к конкретному пациенту, такому же уникальному. И им сложнее, и вам, психологам, сложнее. А мы, физиологи, где-то там в империях. Это тоже нужно, потому что мне приходилось выступать перед всяческими аудиториями, в том числе медицинскими. Насколько активно и серьёзно медики слушают новые научные данные о какой-нибудь проблеме, о том же аутизме или эпилепсии.  Потому что их текучка тоже ведь заедает. Он кончил институт 20 лет назад, и с тех пор уже столько всего изменилось. И психологи ужасно рады услышать, что эта теория имеет физиологическую основу. Потому что каждый раз, когда ты сочиняешь какой-то метод, у тебя остаётся внутри червячок типа: «А не фигню ли я придумал?». А тут оказывается не фигня. Вот миндалина.

Ведущий. Да и вообще проще жить, когда ты понимаешь что это не с тобой что-то не так, а это всё нормально.  Я сейчас вас слушаю. Я довольно ревнивый и это настолько деструктивное чувство. Ты не можешь вообще функционировать. Ярость. Ты не способен делать ничего. Но я сейчас от вас услышал, что это не мой баг, это моя физиологическая особенность и это вариант нормы. Я думаю: «Ну, поревную, пройдёт».  

Вячеслав Дубынин. Главное, чтобы это не причиняло больших проблем вам и объекту вашей ревности и тем объектам, которые вызвали ревность к объекту вашей ревности.

Ведущий. Но плохо всегда тому, кто ревнует, если мы в норме об этом говорим. Конечно, всегда хуже ему. Он страдает, он с ума сходит, он не может функционировать. Ему хуже.

Вячеслав Дубынин. Да. Ваш партнер говорит: «Ты что, с ума сошёл?». Ещё и обижается. И правильно, потому что ты своей ревностью подвергаешь сомнению его привязанность. Поэтому мне как-то эта информация помогла.

Источник: https://s-zags.ru/news

Я вообще часто слышал про западную культуру, про то, что на западе очень много мозгоправов. Про то, что это некое свидетельство того, что эта культура загнивает. Наоборот, люди пытаются научиться, как ладить с собой, с продуктом детства.

Вячеслав Дубынин. Я могу предположить, что какие-то азы психологического образования можно вообще вставить в школу и тогда психологов так много не понадобится. А нас учат математике, языку  и той же биологии, а самое сложное где-то остается потом.

Ведущий. И это называется – готовить к жизни. Мы не готовы к жизни, ребята.

Вячеслав Дубынин. В художественной литературе на самом деле должен быть психологический анализ, а вам литературный критик пишет совсем не про то. Может вообще всю литературную критику выкинуть, а  вставить психологическую трактовку. На самом деле, когда читаешь всю эту критику, это же попытка такого доморощенного психологического анализа.

Ведущий. Да, согласен. Пусть это делает специалист.

Вячеслав Дубынин. Конечно, пусть это делает специалист или физиолог.  Белинский и Писарев круты были в свое время, но с тех пор вообще-то много изменилось.

Ведущий. Согласен. А все ещё их мнение нам вставляют, да?

Вячеслав Дубынин. Дети всё ещё «Му-му» учат в каком-то пятом классе. Ужас. Наносят детям траву. Можно как-то подумать, какие произведения вставлять в школьную программу. А то «Му-му» и  «Преступление и наказание». Чему мы учим вообще?

Ведущий. А с другой стороны маленькие люди должны понимать, что есть убийства. Это есть в реальном мире.

Вячеслав Дубынин. Может как-то помягче? К сожалению, негатив до нас по любому дотянется. Хотя конечно история Будды Гаутамы не про то. Помните, он там сидел, сидел в красивом саду, потом как вышел: «Батюшки святы!» и сразу в Нирвану.

Ведущий. Какие обывательские советы вы  можете дать нам, чтобы наш мозг лучше и дольше работал?

Вячеслав Дубынин. Мне кажется, мы самое-то главное сегодня упомянули. То есть нужно стать осмысленным пользователем вот этого сложнейшего компьютерного центра, который у нас там инсталлирован, который подарен нам эволюцией, который на много чего способен. А наше сознание  и наша воля – это пользователь внутри этой огромной системы.  То есть нужно мозг вовремя кормить, гулять, спать, а самое  главное – грузить новой интересной информацией.  И эта информация не только на уровне что-то прочитал и послушал, но и подвигался. Это очень-очень важно и тогда будет вам счастье и будет вам хорошо.

Еще конечно очень важна именно сфера потребностей, потому что существует два десятка таких глобальных программ вроде лидерства или любопытства, или безопасности, которые всё время конкурируют друг с другом и которые с индивидуальной яркостью инсталлированы в мозге каждого из нас. Психологи называют это темпераментом, врождённой основой личности. И вот по ходу своей жизни мы как бы всё время выясняем, а что главнее и в текущий момент, и вообще в целом. Потому что если ваш мозг  заточен на лидерство, то хорошо бы найти в своей жизни такой кусок, где эти программы могли бы себя проявлять. Если вы заточены на любопытство, на эмпатию и так далее.  Потому что когда мы выбираем, например, профессию в 20-25 лет мы часто вообще думаем  не про то. Мы думаем про зарплату, про престиж.  А дальше оказывается лет в 35-40, что у вас вроде уже много чего есть, кроме позитивных эмоций, потому что вы занимаетесь не тем, на что ваш мозг ориентирован. И действительно человек идёт к психотерапевту и говорит: «У меня проблема, у меня депрессия. У меня всё есть, а у меня депрессия». Дальше хороший психолог начинает прозванивать и говорить: «Вот смотри – эта программа у тебя очень яркая, это для тебя значимо, а ты этим совсем  не занимаешься». И надо как-то выруливать жизнь, менять. Иногда это глобальная смена профессии и люди идут в другой ВУЗ и или уезжают в другую страну или ещё что-то. А иногда это достаточно скорректировать на уровне «а вот ещё один вид активности, хобби, волонтерство». Очень важно не идти всё время по одной и той же колее год за годом, потому что это путь деградации мозга, даже если у вас что-то получается хорошо. Очень важно расширять сферы.

Я в какой-то момент своей жизни как бы такую глобальную галочку поставил, я ввязываюсь в какие-то новые проекты, я откликаюсь на какие-то предложения, пусть даже необычные, иначе это застой, иначе это дорога к деградации, к депрессии, к снижению уровня положительных эмоций.

Ведущий. А ещё жизнь офигительно интересна. И куда ни копнешь, там целый мир оказывается. Я  сейчас в тачке ретро копнул. Это ретро технологии, этого прошлый век, но это так интересно.

Вячеслав Дубынин. Я тут разбирался с тем, как изобретали кинематографические аппараты, это тоже совершенно колоссально. Братья Люмьер придумали кучу технических примочек, но самое главное, они скрестили лентопротяжный механизм с швейной машинкой, потому что до них эта идея, что изображения сливаются в единую картинку, она же всем известна и все на углу блокнота рисовали этих танцующих человечков. Но иллюзия получается плохая. Почему? А потому что все пытались продергивать непрерывно как ленту магнитофона, а братья Люмьер догадались, что надо продергивать рывками. То есть одну шестнадцатую стоит кадр на месте, а потом раз и следующий, и следующий,  поэтому старые киноаппараты трещат, поэтому плёнка рвётся, потому что в момент протягивания большая нагрузка на ленту. И та целлулоидная лента выдерживала максимум 16 кадров в секунду. И поэтому старые чёрно-белые фильмы – это 16 кадров в секунду, это техническое ограничение, поэтому Чарли Чаплин так смешно дёргается. Это вовсе не особенности работы его мозжечка, это 16 кадров в секунду, а когда мы смотрим фильмы, где Чаплин уже пожилой, мы видим, а где этот смешной человечек? Он совершенно обычно двигается, потому что это снято уже на 24 кадра в секунду.

Ведущий. А потом мы с вами сейчас в 25 кадров в секунду.

Вячеслав Дубынин. А потом один великий человек придумал такую запасную петлю, которая позволила уменьшить это напряжение при протягивании и появилась 24 кадра. А потом к этому добавили звук и так далее. А потом изобрели 3D. Оказывается, его изобрели еще во Вторую мировую войну. Уже тогда появился 3D. Это жутко интересно.

Ведущий. Всё жутко интересно.

Вячеслав Дубынин. В том числе техника, потому что эволюция техники – это же тоже эволюция.  Кто-то совсем недавно сказал, что поставьте этажерку братьев Райт и современный какой-нибудь истребитель пятого поколения и дальше вы сможете эволюционный ряд выстроить. Хотя вот эта этажерка и этот истребитель очень слабо похожи, но это была эволюция и  это такая же эволюция.

Ведущий. Кстати, насчет эволюции. А вас привлекают для создания искусственного интеллекта? Сейчас это тема номер один. Машинное обучение, искусственный интеллект…

Вячеслав Дубынин. В смысле – привлекают?  У нас была недавно идея совместно с тюменскими коллегами. Собралась очень интересная команда – философ, психологи, программисты и я как физиолог дал согласие войти в эту команду. Но пока гранд получить не удалось. А без гранда что же мы будем тут?

Ведущий. Конечно.

Вячеслав Дубынин. Понимаете, некий парадокс вот в чем заключается. Для того чтобы моделировать  человеческий интеллект вовсе не нужно в деталях понимать работу нервной системы, достаточно знать глобальные алгоритмы. А вот детали, знания о всяких молекулах, прежде всего, нужны в медицине, а вовсе не в моделировании интеллекта. Потому что на самом деле достаточно общих принципов и неважно, на каком железе вы это всё смонтируете. А вот когда речь идёт о болезни Альцгеймера или ещё что-нибудь, тут уже нужно знать всё досконально. А болезнь Альцгеймера сейчас супер проблема, потому что в 90 лет у каждого второго симптомы.

И ты миллиардер или диктатор небольшого или даже большого государства, а вот болезнь Альцгеймера и ты берёшь свои деньги идёшь к медикам и говоришь: «Сделайте что-нибудь». Так надо было 30 лет назад приходить. Мы даже вакцину не можем разработать быстро, а уж болезнь Альцгеймера. Там страшный механизм, который заключается именно в внутриклеточном накоплении, а все наши методы они в основном на межклеточный уровень. Все современные лекарства – это всё межклеточное взаимодействие.

Источник: vk.com/@about_diseases-bolezn-alcgeimera

Проблема в том, что реакции, которые происходят внутри клетки, дико универсальные и они примерно одинаковые и в мозге, и в печёнке, и в селезёнке.

Ведущий. То есть мы не можем воздействовать только на мозг?

Вячеслав Дубынин. Да. И вы влияете. И вы влияете на всё и получаете такие побочные эффекты. Разве это лекарство? Вот какая беда, вот какая досада. Поэтому сейчас даже перестали говорить, что  человек должен жить там 150 лет, 200 лет сейчас говорят, что 120 лет, но активно.

Ведущий. У нас тут в гостях был человек, который объединил лучших специалистов  по всему миру и занимается бессмертием.

Вячеслав Дубынин. Ну, дай Бог, конечно.

Ведущий. И я его спрашивал про Альцгеймера. Он тоже говорил, что возможно это можно победить.

Вячеслав Дубынин. Мы тоже надеемся. Но пока уже 30 лет с этим возятся всерьез. При Альцгеймера есть накопление межклеточных и внутриклеточных белков. Внутри клетки тау-белки, а между клетками бета-амилоиды. И вот с бета-амилоидами ещё как-то можно справиться, а вот с тау-белками такая засада.

Ведущий. Даже не понятно, как их атаковать.

Вячеслав Дубынин. Да.  Потому что если вы начнёте что-то делать с внутриклеточным обменом, вы огребаете  побочные эффекты. Вы можете создать культуру нервных клеток в чашке Петри, смоделировать на них болезнь Альцгеймера и вылечить. И нормально. И продать свою молекулу какой-то фирме Сантос за деньги. Но дальше когда это пойдёт уже на уровень целого, даже не человека, а животного экспериментального, вы получаете побочные эффекты, которые превращают ваш лечебный эффект в труху.

Ведущий. А нельзя мозг  достать полечить его, потом я бы так…

Вячеслав Дубынин. Я бы Америку закрыл, почистил, а потом открыл вторично.

Ведущий. Спасибо большое, что пришли. Мне крайне стыдно за свои глупые вопросы.

Вячеслав Дубынин. Ну что вы. Всё было очень интересно.

Ведущий. Карбюратор. Я помню. Спасибо вам большое.

Вячеслав Дубынин. Спасибо, Сергей. Вам всяческих удач.

Ведущий. Это была полезная для меня беседа. Надеюсь, для всех остальных тоже. Счастливо.

Вячеслав Дубынин. До свидания.